Книга Призрачный мост Матиара, страница 217 – Татьяна Кадуцкая

Отчаянная тоска знакомыми узлами скрутила нутро. Отчаянная злость полоснула по рёбрам. Отчаянная ненависть ослепила… И отчаянное желание поверить Дане ещё раз и вернуть.

Зачем ты прилетела, Даниэль?! … Данька! Данечка!

Он не хотел напрасно надеяться, не хотел заново переживать боль потери. Гораций зажмурился и с такой силой надавил руками на глаза, что стало больно. А в сердце упрямо прорастала дурацкая надежда на ошибку: а если Гилмор не врал? А если летом Даня всё-таки любила? Любила его и Рода, уже тогда привязавшись к волку щенячьей преданностью маленького лисёнка? Чувствуя в Гилморе сильного оборотня, того, кто сможет защитить её? Ведь Род тянул Даньку с самого начала — с той самой ночи, когда прогремел взрыв в Виридийской тюрьме. Грубил, ругал, шпынял за каждую провинность, но всегда был рядом, чтобы прикрыть, заслонить. Так дикие звери воспитывают своих детёнышей: наблюдают с безопасного расстояния, но не мешают познавать мир, учиться защищать себя, добывать пищу, набивая собственные синяки и шишки. Что там волк бормотал про «папу»?… Или это он так отчаянно ищет ей оправдания, потому что хочет быть с ней до сих пор?! Всегда!..

Колдун зачерпнул снег и протёр пылающее лицо.

…Зачем ты прилетела, Данька?!

Он же уже смирился! Смирился с пепелищем внутри, с вечно серым небом, на котором никогда не бывает солнца и звёзд.

«Я пришла, и я жду тебя!.. Они не там ищут мост Матиара!..»

Мужчина со злой тоской посмотрел в безразличное небо. Ярко сияли две луны, заслоняя собственным светом всё остальное. Двулуние! А где-то там, в посольском доме — Гораций был уверен в этом — Даниэль тоже смотрит вверх. Смотрит и надеется, что именно сегодня Сионаш и Шантерелю повезёт: они найдут призрачный мост из легенд и будут вместе.

Главный столичный храм и площадь, на которой он стоял, несмотря на то, что до церемонии оставалось полчаса, были заполнены людьми. Многие горожане пришли поглазеть на самую ожидаемую свадьбу года. Ещё большее любопытство вызвало известие о переносе церемонии. Вокруг здания крутились пронырливые журналисты, вынюхивая очередную сенсацию, но попасть внутрь смогли лишь несколько репортёров из ведущих королевских изданий, которые одобрила невеста. В самом храме негромко переговаривались гости, обсуждая погоду, друг друга, кричащее убранство зала, а буквально минуту назад воцарилась напряжённая тишина. Все пытались понять, из-за чего ругаются жених и свидетель. А в том, что они именно ругались, не сомневался никто. Свидетель — фигура весьма колоритная — с резиновой улыбкой на лице яростно выплёвывал ругательства вперемешку с проклятиями. Если бы глазами можно было убивать, Гораций Лачев давно превратился бы в умертвие. Но, видимо, главный ткач оказался упрямее. На очередную реплику жениха Тестимун сокрушённо махнул рукой, признавая поражение.

Священник решил, что раз все в сборе, то пора начинать, и дал сигнал храмовым певцам, а сам вышел вперёд. С выражением вселенской любви на лице посмотрел на собравшихся:

— Мир вам!..

— Подождите! — осёк его свидетель и повернулся к другу: — Ты уверен?

Гораций сунул галстук в карман и расстегнул верхнюю пуговку на белоснежной рубашке:

— Нет, не уверен. Но если я этого не сделаю, рано или поздно пожалею.