Книга И вырастут крылья, страница 23 – Татьяна Кадуцкая

Но около месяца назад Марина заметила, как жадно этот выродок разглядывает её пятилетнюю дочь. Сажает себе на колени, гладит… И это заставило очнуться. Наверное, маньяк решил, что подчинил волю женщины, и расслабился. Даже поощрял за послушание: разрешал свободно перемещаться по дому и двору, кормить собак. Дождавшись, когда он уедет по делам, Марина забрала дочь и сбежала. Но она не знала, что по периметру ограды стояла сигнализация. Хозяин догнал их, с помощью собак быстро нашёл в лесу. Забрал девочку, а Марину… Дал команду своим псам…

Кошку заметно трясло. Нас тоже. В голове не укладывалось услышанное! Наконец, оборотница справилась со своими эмоциями.

— …Такая жестокая смерть, пережитый ужас и страх за судьбу дочери стали причиной перерождения души во вьяру. Очнувшись в новой ипостаси, движимая ненавистью, она уничтожила в том доме всё живое. Всех собак – и больших, и маленьких – а последним убила его, смакуя каждую каплю страха и боли. Вьяра даже не осознавала, что делала… Когда она, насытившись, попыталась приблизиться к дочери, та спряталась в конуру и не выходила оттуда, – кошка посмотрела на меня, – пока ты не забрала её.

— Что?! Две недели!? – меня словно окунули в крутой кипяток. – Она сидела там две недели?! … Пока я тут жалела себя, моя девочка была совсем одна?! Напуганная, измученная, среди крови и смерти?!

Голос сорвался. Малышка сонно шевельнулась, ручкой нащупывая меня. Я заплакала, целуя её.

— Прости меня, солнышко! Прости, что так долго!..

В голове был хаос! А если бы я тогда не встретила Никиту?! Что было бы?!

— Теперь всё будет хорошо, – обещала крошечке. – Тебя никто больше не обидит!..

Ощущение, что рядом никого и ничего: она и я! Словно невидимые нити связали нас так крепко, что не разорвёшь. И всё-таки…

— Почему Я? – посмотрела на кошку. – Почему вьяра выбрала меня?

Калина развела руками.

— Не могу объяснить… Вьяра почувствовала тебя. Ты была близко!

— Что значит «близко»? Умирала?

— Может, вы серьёзно болели? – предположил кто-то.

— Нет.

— Но ты была у Граней, – настаивала кошка.

— У меня недавно умерла бабушка… Мы были близки… очень близки.

Мостовский тихо заметил:

— И наверняка часто ходила к ней на кладбище, – дождавшись кивка, пояснил: – Ты держала свою родственницу и невольно притягивала Грани.

— Разве я одна скорблю по ушедшим родным?

Мужчины за покашливанием прятали свою растерянность. Они сами не понимали. Я посмотрела на оборотницу. Та грустно улыбнулась.

— Даша, а почему ты сразу не отдала девочку магам и с чистой совестью не забыла о случившемся? Почему не спускаешь её с рук всё это время? Почему называешь своей?

Я, как кукла, хлопала глазами, не зная, что сказать. Женщина и не ждала ответа. Она посмотрела на Мостовского.

— Девочка должна остаться с магиней. Это воля вьяры.

Малышка на моих руках заворочалась, всхлипнув несколько раз. И я сосредоточилась на ней, краем глаза наблюдая, как оборотни спорят со Сторожами. Не расслышала, что сказал Виджей Тандекар, но судя по перекошенным лицам остальных, мало приятного.

— Есть установленные правила! – закричал кто-то из магов.

Калина тоже повысила голос:

— Только на таких условиях вьяра уйдёт в Грани. Сама, без «улова».

— Улов? – переспросил Светлый страж.