Книга Выше неба, страница 25 – Татьяна Кадуцкая

— Всё на сегодня! Велиус, тебе давно пора отдыхать!

Уже ярко сияли миры в тёмно-синем ночном небе, когда Крылатые вернулись к себе. Райхон в воротах дома спросил:

— Тебя уже спрашивали сегодня об этом. Но можно я спрошу ещё раз: ты веришь Сабтеррано?

— До определённой степени, — Сейверан вздохнул. — Дело не в доверии, но ситуация складывается подходящая. Велиус мстительный, а Ярвин оскорбил его, напав со спины.

Райхон вынужден был согласиться. О высокомерии и злопамятности вождя клана Преисподней ходило много легенд, пусть некоторые откровенно выдуманные, но были и вполне реальные истории. А ещё Дорсен почувствовал вкус предстоящей битвы, чуть вздрогнул от нахлынувшего азарта. Если до сегодняшнего дня всё виделось в несколько размытом виде, то сейчас обрело чёткие формы. Тем более теперь, когда к ним присоединяться Тёмные демоны, что значительно повысит шансы на победу. Он посмотрел на мужчину, идущего через дорогу:

— Когда ты вернёшься во дворец?

— Я бываю там каждый день, — напомнил Гирхато.

— Ты знаешь, о чём я.

Сейверан вздохнул:

— Когда поправится Сабтеррано.

— Крепко ему досталось!

— Дроу били по позвоночнику. Когда демон не мог пошевелиться, Ярвин ударил мечом.

Райхон кивнул. Он был в Мокеевой впадине и видел, как цепенел Сабтеррано, подчиняясь проклятию, расползающемуся по телу. Жутко! Страшно представить, что чувствовал Тёмный, когда тело перестало слушаться его, когда он делал шаг — а ноги оставались неподвижными… Крылатый вздрогнул и напомнил себе, что Сабтеррано живой, находится в соседнем доме и даже успел вернуть свой мерзкий характер.

Дорсен с интересом посмотрел на лорда:

— А как же человечка?

— Милория? — Сейверан даже не понял, как изменилось его лицо при упоминании возлюбленной. — Во дворце сейчас опасно. Я не верю больше никому.

— Даже мне? — усмехнулся Райхон и сам ответил на свой вопрос: — Хотя правильно, Сейверан. Мало ли! Любого можно взять за горло… или зачаровать.

— Я верю тебе, насколько могу вообще кому-то верить после случившегося, — наконец, сказал Гирхато. — Я не уверен, что найдены и наказаны все, кто был на стороне Уйгинира. Меня часто не будет, а люди слишком хрупкие и наивные, — мужчина улыбнулся. — Милории безопаснее будет остаться здесь, дома. Я смогу навещать её.

Месяц спустя

— Вы приходите всё реже и реже?

Милория улыбалась мужчине, а взгляд был напряжённый, словно она ждала плохих новостей. Потом, опомнившись, забрала у него из рук плащ и передала служанке, чтобы та вычистила и просушила: там, откуда пришёл демон, лил дождь. Сейверан тяжело вздохнул, присаживаясь на стул:

— Дела, душа моя. На мне два домена.

— Да, я знаю, — девушка замерла за его спиной, растирая шею и плечи. — До нас доходят чудовищные слухи о бесчинствах в предгорьи.

Мужчина, прикрыв глаза, отдыхал. Лёгкий, расслабляющий массаж помог сбросить скопившееся за день напряжение, прошло ощущение усталости.

— … Говорят, будет война за Междумирье? — осторожно спросила девушка.

— Мировая война? — хохотнул Гирхато и сказал: — Надеюсь, нет. Ещё одну мировую войну горные домены не переживут, и так всё полуразрушено. А дроу, словно падальщики: выжидают, когда мы поубиваем друг друга, чтобы пировать на наших костях.

— Но все вокруг только и говорят о готовящейся битве между… — Милория словно споткнулась.