Книга Колесо Сварога, страница 12 – Татьяна Кадуцкая

Виктор понимающе кивнул:

— Что хочет Демьянинов?

— Пока ничего, — Славинский пожал плечами, — но однажды он потребует вернуть долг, и отказаться ваша Светлая не сможет.

Демон повернулся к Наде, долго её разглядывал, потом разочарованно выдохнул:

— Как была недоразумением, так и осталась!

* * *

С той памятной ночи прошёл почти год. Надя перестала дёргаться при каждом вызове Наумова или Хваля, думая, что это Тёмные по её душу. Да и Сергей Алексеевич успокоил, убеждая, что демон ничего страшного и ужасного не потребует. Отчасти помог и Костя Матусевич, уверенно доказывая, что выкрутиться можно из любой ситуации.

А ещё ни к месту прорезалась жалость к убитому демону — Игорю Ульянову. Виктор Наумов не выдержал умоляющий взгляд синих глаз, вздохнул и пообщался с главой Тёмных стражей. Надя получила личное заверение Славинского, что семье Ульянова выплатили компенсацию «по потере кормильца», как шутя охарактеризовал её Виктор Степанович. Матусевич, узнав об этом, странно глянул на приятельницу и заржал:

— Нашла кого жалеть, ненормальная! А если бы этот Ульянов наркоту сюда пёр?

— Но не пёр! Вернее пёр… только выпивку, которую вы сами кстати любите.

Матусевич даже не смутился:

— Имеем право.

— К слову, смешная фамилия — Ульянов. Может, он в Междумирье был кем-то на подобие нашего: кепка, броневик и «Вперёд, товарищи!», — Надя вполне узнаваемо прокартавила последние слова.

Матусевич усмехнулся, но пояснил на полном серьёзе:

— Надька, не тупи! Тебя в Академии не учили, что демонические имена магические? Они подстраиваются под тот мир, в который попадает хозяин, и звучат как местные. Мы, к примеру, воспринимаем их русский вариант.

— Учили, — отмахнулась девушка.

А Костик с умным видом продолжал:

— То, что мы слышим как «Игорь Ульянов», у демонов звучит совсем по-другому.

— А в Китае?

— Тебе иероглифы нарисовать? — мужчина искоса глянул на хихикающую приятельницу.

— Интересно, а как они слышат моё имя?

— Кто? Китайцы?

— Демоны, — со вздохом пояснила Надя и, не дожидаясь ответа, пошла к кофемашине.

Матусевич просиял, придумав очередную поддёвку:

— Не знаю, но твоим именем в Зазеркалье скоро демонят пугать начнут.

Рядом послышались сдавленные смешки других стражей, а Черникова продемонстрировала Косте оттопыренный средний палец.

Услышав, что Сергей Алексеевич ждёт её в своём кабинете, Надя не удивилась: такое происходило практически каждый день, да и хвалёная интуиция молчала, не предвещая хозяйке неприятностей. Девушка не спеша сняла куртку, шапку, стряхивая снег, задумчиво глянула на секретаршу. Светочка — новая «ресепшн» — дёрнула плечиком: мол, ничего не знаю, и вернулась на своё место. Краем глаза Черникова успела заметить на её столе маленькую пластмассовую ёлочку. Блин! Через две недели Новый год, а ни одного презента не готово! Надя отвесила себе мысленный подзатыльник, чётко решила ближайшие выходные потратить на покупку новогодних подарков. И с такой весьма озадаченной физиономией вошла в кабинет директора:

— Доброе утро! Можно?

Хваль кивнул на её приветствие:

— Проходи, Надежда!

Кроме Сергея Алексеевича в кабинете Надя увидела незнакомого мужчину, вольготно расположившегося в кожаном кресле. Незнакомец лениво постукивал пальцем по подлокотнику, словно находился не в чужом кабинете, а в своём собственном, самоуверенно, если не сказать нагловато, поглядывая на вошедшую. Короткие чёрные волосы, глаза цвета янтаря, чёткая линия губ, волевой подбородок — на ум тут же пришло слово «породистый». Мужчину смело можно было бы назвать красавцем, если бы не презрительно-надменный взгляд, будто перед ним куча нечистот, а не живые люди. А ещё давящая, гнетущая аура, когда хотелось не дерзить и спорить, а по-быстрому свалить куда подальше. Демон!