Книга Желанная для Альф, страница 33 – Ани Файер

Что-то совсем новое и необычное происходит во мне. Раньше никогда такого не случалось. От моего жгучего желания внизу живота, где до этого от него образовалась боль от потребности в Кире, ощущаю только растекающееся по всему телу невероятное удовольствие. Потом оно снова собирается в тугой узел в самой сердцевине, ожидая мощного взрыва. Я уже стону чаще и громче, а Кир рычит мне прямо в шею. Он хватает меня за зад ладонями и начинает яростнее вдалбливаться в меня. И всё, больше меня нет. Невероятный оргазм сотрясает всё моё тело, хочу выгнуться дугой, но не могу, потому что Кирилл держит меня за попку и спину, он рычит так громко, что чуть не оглушает меня. И я вскрикиваю от ужасной боли в правом плече у самой шеи, которая, неожиданно для меня самой, продлевает прекрасную волну блаженства. Я чувствую, как огромный член Кира пульсирует во мне и выстреливает мне в матку своё горячее семя.

— Блядь! — недовольно рыкает он и неожиданно проводит языком по ранке. — Прости меня, детка! Я должен был всё выяснить для начала и не делать этого сейчас. Но я не смог сдержаться! Ты просто невероятная, моя ванилька! — говорит он и нежно целует меня в губы. А я снова ничего не понимаю, за что именно он просит прощение. Мне так хорошо и хочется спать. В ушах начинает немного шуметь, а глаза закрываться. — Отдохни, моя малышка. Давай-ка, я тебе немного помогу.

Слышу, как открывается дверь машины и мне становится холодно, потому что прохладный ночной ветер обдувает мне разгоряченную спину. Кир чертыхается, пытаясь что-то надеть на меня, кладет меня на заднее сидение, накрывает чем-то теплым, и я улетаю к Морфею.

Анна

Просыпаюсь от тряски, ужасного рёва какого-то животного, и в машину что-то с грохотом ударяется. Что-то тяжелое и мощное, потому что я сваливаюсь между сиденьями на пол. В который раз, ничего не понимая, поднимаюсь и сажусь обратно, вытирая сонные глаза тыльной стороной ладони. Уже светло, солнце поднялось высоко над головой и светит ярко прямо в окна автомобиля. А я даже не представляю, когда мы выехали, сколько времени мы ехали и сколько вообще я проспала. Смотрю в окно, и лицо моё вытягивается. В нескольких метрах от машины вижу двух огромных медведей, которые дерутся, готовые разорвать друг друга на куски. Внутри меня всё сжимается от ужаса и страха. Они абсолютно одинаковые, что по размерам, что по силе. Ревут, тяжело взмахивая своими лапами, длинными огромными когтями раня друг друга. Что за вид? Не бурые и не белые, странного цвета. Хотя, о чем я рассуждаю, когда вживую никогда их не видела, только по телевизору, да на картинках в энциклопедии. От страха вжимаюсь в сидение, готовая разрыдаться. Неожиданно в окне появляется изучающее лицо старухи, исчерченное глубокими морщинами.

— Как ты, дитятко? — спрашивает она. А я не могу вымолвить ни слова, лишь лупая на неё выпученными глазами. Лицо бабки растягивается в широкой улыбке, и она коротко мне кивает, приложив ладонь к стеклу. Вижу много деревянных бревенчатых домов позади неё, которых раньше не замечала, и из которых бесстрашно стали выходить люди, подходя к машине, где я и сижу, с большим любопытством оглядывая автомобиль, будто никогда и не видели. Странно, но ни у одного из них не было ни ружья, ни дубинки, ни даже вил, чтобы спастись или просто защититься от огромных диких животных, которые ревут и дерутся совсем рядом. Что это за ужасные развлечения такие? Будто гладиаторские бои. Бабулька бесцеремонно открывает дверь, присаживаясь рядом со мной, не давая мне опомниться. — Дай-ка гляну на тебя поближе, чтобы понять из-за чего всё это представление, — произносит она, хватая меня за подбородок, начиная крутить его в разные стороны, разглядывая моё лицо. Клянусь, после внимательного осмотра, она глубоко втянула носом воздух и засмеялась. — Так ты и есть. Ты — та самая?! — то ли спрашивает, то ли утверждает она. А я всё молчу, соображая, в какой дурдом привёз меня Кирилл. — Омега! — вскинула она свои густые седые брови. — Давненько я не встречала таких, как ты! Думала, что врут предки-то наши! Оказалось, нет. Вот ты, сидишь передо мной. Краса ненаглядная! Уже поимел тебя, Кир-то? — хихикает она, глядя на меня. — Присвоил! Шустрый малый! Всегда был проворнее братца-то. Ну, ничего, и тот скоро получит своё по праву.