Книга Ты даешь мне крылья, страница 123 – Марианна Красовская

— Красиво, — задумчиво произнес Маркус.

Он прошелся по комнате, встал возле окна, заложив руки за спину.

— Странные дела творятся, друг мой, — тихо произнес он, легко проведя пальцем по стеклу. В ответ ему грохотнул гром и хлынул дождь. — Странные дела… Изменился мир, изменилось мироздание.

Тариэль захлебнулся остывшим кофе.

Эрхан сидел за столом, уставившись в одну точку. Недавний разговор с Эрин вывел его из себя. Он ненавидел всех. Его — и в отпуск! Что за бред? Неужели Тариэлю нужен университет для каких-то своих, низменных целей? Почему ему так необходимо устранить нынешнего ректора? Так что можно выжать из этой должности, кроме головной боли и нервного тика? Мало того, что часть обязанностей Первого Советника с него сняли, так еще и здесь ограничивают!

И вовсе он не устал! Движение — это жизнь. Работа — смысл существования. Кабинет ректора — дом родной, студенты — семья. Исходя из такой логики, Юлия почти что жена, но это Эрхану не нравилось.

— К вам посетитель, господин ректор, — опасливо окликнула Эрхана секретарша.

За последние дни ее шеф срывался по каждой ерунде. Орал по любому поводу. Юлия откровенно боялась с ним разговаривать.

— Кого еще черти несут? — буркнул ректор.

— Господин Караха.

Эрхан выругался.

— Господин Эрхан, — радостно заявила из дверей гигантская туша. — Позвольте мне изложить свое дело самому!

Бочком в комнату протиснулся огромный темнокожий человек.

Его знали все в Айдарре — второго такого странного и при этом очень влиятельного человека еще поискать. Можно сказать, что в Саргонском взбрежье было два правителя: наместник королевы и этот Черный Господин, и едва ли наместник мог сравниться со своим соперником уровнем реальной власти. Одна радость — Черный Король искренне считал Первого Советника своим добрым другом, во всяком случае, до тех пор, пока тот его не трогал.

Когда Караха начинал путь с вора-домушника, он был тощий и стремительный, но эти времена давно остались в прошлом. Теперь же это был мужчина поистине огромных габаритов, как в высоту, так и в обхвате. Впечатление усиливалось разноцветными шелковыми одеждами по последней саргонской моде и обилием золотых украшений. В ухе у Карахи болтался брильянт размером с голубиное яйцо, а в ноздре — золотое кольцо. Похожие на сосиски пальцы были унизаны перстнями с разноцветными каменьями.

В каком бы настроении не был Эрхан, подобного человека следовало уважить. Караха держал в своих цепких руках не только преступный мир Саргоны, но и всё взбрежье. Официально же он был богатейшим купцом империи и владельцем крупного банка, в свое время оказавший немалую материальную поддержку университету.

— Господин Караха, прошу, проходите, — учтиво пригласил гостя Эрхан, извлекая из-за шкафа зачарованное кресло, подходящее по размерам для любых, пардон, задниц.

Караха, покряхтев, устроился в предусмотрительно расширившееся кресло.

— Чем обязаны радости лицезреть вас? — поинтересовался ректор. — Насколько я помню, это первый ваш визит в нашу обитель знаний?

— Первый, но отнюдь не последний! — провозгласил Караха. — Не буду интересоваться здоровьем вашей жены и детишек, насколько я знаю, вы холосты — ха-ха, вам повезло еще меньше, чем мне, — и сразу перейду к делу. Я хочу обсудить вопрос об обучении в университете.