Книга «Дом» под землей, страница 15 – Ирма Давыдова, Ясма Грин

Форма у подопечных «Дома» была стандартной и состояла из таких вот футболок с длинным рукавом и штанов, притом не зависела от пола. Но даже самый маленький размер на Эмилии висел, словно мешок, а штаны и вовсе пришлось оставить.

— Будет здорово, если подскажете, куда идти.

— Конечно, — Вите опять резануло слух. Дети явно домашние, да ещё и хорошо воспитаны. Мальчик, во всяком случае. Откуда Джон вообще их забрал? — Выходите направо, потом два поворота и спускаетесь вниз на шум. Не ошибётесь, сейчас как раз время приёма пищи. И лучше бы вам обоим поторопиться, потому как порции разбирают моментально.

— Спасибо, госпожа Вазайски.

Кевин довольно вежливо кивнул, малявка также пролепетала негромкое «спасибо», и дети отправились в общий зал. Вита же выждала пару минут, а после, закрыв дверь на ключ, пошла в совсем другую сторону. Ей нужно было попасть в преподавательский отсек, и, Чернь его побери, задать директору этого заведения несколько вопросов.

Кевин получил порядковый номер тысяча семьсот двадцать четыре. За Эми был закреплён следующий, и на её футболке, всё такой же широкой, красовались цифры «один», «семь», «два» и «пять». Как и любой житель Нижнего слоя, дети здесь не имели фамилий. И хотя именами пользовались и они, и преподавательский состав так обращались к ним, но вот такие номера помогали систематизировать подопечных.

За три месяца жизни в стенах «Дома», мальчик успел сделать кое-какие выводы. Во-первых, в «Доме» каждый сам за себя. Ни о какой взаимной поддержке и взаимовыручке речи и быть не может, потому что все друг для друга соперники. Проживало в их крыле примерно сотня детей, однако порядковый номер наводил на определённые мысли. К примеру, что все они так или иначе расходный материал, ведь число на его футболке давно перевалило за тысячу. Получается, остальные куда-то да деваются, раз уж самой организации не так и много лет.

Во-вторых, единственный способ выжить здесь — быть в лидерах. Если кто-то показывает посредственные результаты в учебе или спорте, то довольно быстро пропадает с горизонтов. Кевину повезло, что всё это давалось ему легко и будто само собой, потому что «Дом» — это место, где была еда и место, чтобы поспать. Притом не только для него, но и для Эмилии. А чем больше времени проводил за учёбой, тем меньше вспоминал о прошлом.

В каком-то смысле Эми повезло больше — она почти не помнили родителей. Для неё теперь мир состоял только из Кевина и «Дома», и даже те несколько дней, когда они беспризорничали с братом, совершенно не отложились в памяти малышки.

Единственное, что рассказывал ей Кен о прошлом — родители их очень любили. Баловали, холили и лелеяли, насколько это вообще было возможно в Нижнем слое. И когда стена начала обваливаться, вытолкнули, пожертвовав собой.

Что было дальше, Кевин вспоминать не любил. Да и зачем это трёхлетней малышке? Но сестра была тем человеком, за которого он держался, не отпуская девочку от себя. Возможно потому, что чувствовал грозящую ей опасность.

Намётанный глаз господина Смита увидел в мальчике потенциал, какого не встречал уже очень давно. Тот был настоящим самородком, заполучить который было вопросом чести. Притом заполучить раньше остальных, и даже удивительно, что мальчишка дожил на свободе аж до десяти лет. Прятали его родители, что ли?