Книга Кошечка для (дочери) герцога, страница 14 – Елена Смертная

Вот это я вляпалась. Так тут магией только аристократы владеют? И какую фамилию назвать? Просто так уже не выдумаешь. Наверняка Эдвард всех знает.

— Послушайте, правда, не стоит, – я откинула робость и добавила решительности. – Его родители против наших отношений. Они до конца ничего не знали. Если их сына накажут, у него будут большие проблемы в семье. Я не хочу опускаться до его уровня и мстить. Да, точка в наших отношениях была поставлена очень некрасиво, но больше об этом мужчине я думать не собираюсь.

— Вы его ещё любите? – улыбаясь, поинтересовался герцог.

— Что? Нет, – я отмахнулась. – Моё сердце свободно и открыто для новых отношений.

Очень открыто! Нараспашку! Заходи, дорогой. Но на один вечер. Влюбляться в тебя я точно не намерена.

— Это правильно. Кстати, со всеми разговорами и пикантными ситуациями я так и не спросил Вашего имени, – герцог протянул мне руку. – Эдвард Ноар.

— Я знаю, как Вас зовут, – мило хихикнула я, всё ещё играя роль невинного цветочка. – Яна…

Я вложила в его руку свою ладошку, и Эдвард приподнялся, чтобы коснуться губами её тыльной стороны. Ах, каков! Стоит ли думать, что он положил на меня глаз? Или он тут со всеми служанками в джентльмена-защитника играет?

— Какое у Вас интересное имя, – он отстранился. – А фамилия?

— Фамилия… Браун. Яна Браун, – думаю, если моё имя ещё подходит под здешние стандарты, то уж фамилия показалась бы совсем странной. – И Вы не могли бы обращаться ко мне на «ты»?

Пора стирать границы официальности. А то я через них до губ герцога так и не доберусь.

— Буду рад. Думаю, когда мы наедине, ко мне тоже можно на «ты». Не люблю всей этой официальности в разговорах с милыми дамами.

Ой, «милыми дамами»? А наш Эдвард-то был не промах. Улыбнулся ещё так… кокетливо, но мужественно. С прелестной ямочкой возле левого уголка губ. Парази-и-ит. Только Аннит ушла, а он уже хвост распушил. Неужели бабник? Впрочем, я только «за». Смогу побыстрее разобраться с проклятьем. Может, уже сегодня получится? Он ведь так расстроился, что после долгой командировки не получил желаемое. Правда разговор заходит в тупик. Надо поскорее искать повод остаться с ним наедине подольше.

— Не знаю даже, мне несколько неловко так обращаться к начальнику, – я скромно стреляла глазками то в пол, то обратно на любезного Казанову. – Но я очень ценю этот жест. Спасибо… тебе.

— Глупости.

Воцарилось неловкое молчание. Мы лишь переглядывались, но никто не решался сказать: «ну, мне пора». Контакт налаживался. Не зря я выпроваживала Аннит.

— Можно спросить? – оживленно поинтересовалась я и указала на эскизы портретов. – Ты выбираешь художника?

— Да. Я недавно на своей должности, а в штабе нашего ордена висит ростовой портрет главы. Поэтому ищу варианты.

— Набор ещё открыт? Можно поучаствовать?

Герцог взглянул на меня с заметным удивлением на лице.

— Умеешь рисовать?

Я знала, что когда-нибудь этот талант мне пригодится. Если честно, я всю жизнь мечтала быть художником. Начала учиться ещё в детстве, но… в нашем жестоком мире сложно прокормить себя творчеством. Поэтому в итоге мне пришлось начать работать менеджером по продажам. А там карьера пошла в рост. Язык у меня всегда был подвешен, и я легко находила подход к клиентам. И вот я уже претендовала на должность главы отдела продаж, а меня превратили в кошку и закинули в другой мир. И снова спасибо, баба Люба!