Книга Дочь врага, страница 17 – Тала Тоцка

Отец Себастьяно посмотрел на него, вздохнул и кивнул покорно.

— Утром. Приходите утром, синьор Андрей. Мы все обсудим, подготовим, как следует. Доброй ночи...

— Утром будет поздно, — остановил его Андрей. — Мы не можем ждать, святой отец. Вы должны обвенчать нас как можно скорее.

Надо отдать должное выдержке падре Себастьяно. Впрочем, Андрей в нем и не сомневался. Ни к кому другому у него и в мыслях бы не было вот так завалиться среди ночи.

Ладно, поздно вечером. Еще нет двенадцати.

— Но, синьор, вы же не думаете, что я могу прямо ночью провести обряд венчания? — падре строго посмотрел на Андрея, однако тот твердо выдержал его взгляд.

— Иногда можно сделать исключение, святой отец.

— Вы не понимаете, о чем просите, друг мой, — отец Себастьяно его не послал сходу, и это уже был добрый знак. — Таинство венчания это не пустой звук, как бы к нему ни относились в миру. Вы получили благословение родителей девушки, синьор Андрей? А благословение ваших родителей?

— Мои родители будут только счастливы, я в этом не сомневаюсь. Что касается родителей невесты, — Андрей кашлянул и придвинулся ближе. Заговорил полушепотом, хоть монах, который открывал им дверь, уже благополучно ретировался. — Мою невесту зовут Вивиана Моретти. Она дочь предателя Сальваторе Моретти. Серена, ее мать, отдает дочь замуж за Риццо Фальцоне. Дону Феликсу нужен политический брак, Серене Моретти нужны деньги, Луизе Фальцоне нужны наследники, Риццо Фальцоне, к сожалению, ничего не нужно. Парень болен. А что нужно молодой восемнадцатилетней девчонке, никого не интересует.

Падре исподлобья посмотрел на Андрея. Спросил совсем тихо.

— То есть, вы увели невесту из-под носа у двух сицилийских кланов, и хотите, чтобы я в этом тоже поучаствовал, мой друг? На старости лет?

— Дону Феликсу все равно, кто станет женой Риццо. Донне Луизе, как я полагаю, тоже, — так же тихо ответил Андрей.

— Вы понимаете, на что меня толкаете, синьор Андрей? — в лоб его спросил отец Себастьяно.

— Она пришла ко мне только что, — сглотнул Платонов. — Сама. Попросила о помощи. О какой может девушка попросить мужчину. Думаю, вы понимаете, о чем идет речь, святой отец. Поэтому я хочу жениться. И хочу сделать это прямо сейчас.

— А что потом? — отец Себастьяно не сводил с него сверлящего взгляда. Андрей и не подозревал, что он так умеет. — Вы отдаете себе отчет, какую ответственность на себя берете?

— Отдаю, — кивнул Платонов. — Я люблю эту девушку, падре. Я влюбился в нее, как только увидел. Просто... Я был всего лишь охранником, а она дочь капореджиме.

— Но сейчас роли немного поменялись, не правда ли? — прищурился падре. Андрей пошевелил пальцами. — Знаете, друг мой, я бы все-таки советовал вам не бросаться сгоряча с головой в омут. Давайте так. Привозите сюда девушку, завтра я поговорю с синьорой Моретти, и может быть мы вместе...

И Андрей не выдержал.

Ему, конечно, очень хотелось схватить падре Себастьяно за грудки и хорошенько встряхнуть. Но он взял себя в руки и ограничился тем, что шагнул ближе и сказал сорвавшимся на хрип голосом:

— Любовь милосердствует, помните, святой отец? Вы же сами мне говорили. И все покрывает.

Отец Себастьяно стушевался и отвел взгляд.

— Это не я говорил, — ответил он, глядя в сторону, — а апостол Павел. Не сравнивайте меня с ним, друг мой, куда нам, грешным, до святых.