Книга Любовь Демона, страница 110 – Тала Тоцка

— Вот это да! — восхищенно восторгается Никита и поворачивается к жене. — Мы свою так же тренировать начнем, да? Она у нас уже плавает!

— И я плаваю, и я плаваю, — Миланка хлопает в ладоши и прыгает возле Демьяна.

— У меня брат такой как Миланка, — говорю Топольским, — мы с мамой их вместе в бассейн водили.

— У нас с Никитой тоже есть брат, Максим, — улыбается Маша, — ему четыре.

— Наши с Машей родители поженились, — объясняет Никита в ответ на мой непонимающий взгляд. — Мой отец влюбился в ее маму, и они наградили нас брательником.

— Он вылитый Никита, — добавляет Маша, с любовью глядя на мужа.

— Это все хорошо, ребята, — говорит Демьян, — но есть одна неувязочка. Я не умею ездить на коньках.

Миланка взбирается к нему на колени и крепко обнимает за шею.

— Не бойся, папочка, — громко шепчет в самое ухо, — я ядом. Я тебя научу.

Глава 35

Демьян

Моя доченька сдержала слово. Надо было видеть, как она распереживалась, когда я наебнулся. Чуть не плакала. Еле ее успокоил.

Справедливости ради, наебнулся только один раз. Не такой я и кривоногий оказался. Как встал на коньки, так и поехал.

Но Миланка так рвалась меня научить! Разве я мог отказать дочке в удовольствии потренировать папу?

Послушно ходил с ней вдоль бортика, потом они с Ангелиной меня за руки держали и по катку возили. Ангелина со смеху умирала, когда я ойкал и за Миланку хватался.

Топольский тоже ржал как конь.

— Я на вас смотрю и хочу, чтобы моя скорее подросла, — сказал Никитос, отсмеявшись, — одно удовольствие за вами наблюдать.

Ангелина при этом так нежно мне улыбнулась, что сразу захотелось затолкать ее куда-нибудь в угол и поцеловать. Долго и глубоко.

Но куда затолкаешь, если вокруг каток? Пришлось ограничиться одним сдержанным поцелуем, но зато обнял.

Я теперь как больной — мне ее все время трогать хочется. Кожа на руках болит, если долго к ней не прикасаюсь. Пусть и через одежду. Хотя лучше было бы без нее.

А самый кайф я ощутил, когда одна пожилая женщина обернулась на нас и сказала:

— Какая красивая семья!

Мы как раз к бортику подкатили отдохнуть. Миланка с Ангелиной по бокам, за руки держат. Я всячески демонстрирую неуклюжесть и неповоротливость. Дочка подбадривает, уговаривает не расстраиваться и обещает, что у меня все получится.

Потому что она «ядом».

Я Миланку одной рукой поднял, второй Ангела обнял и к себе прижал. Чтоб хоть как-то позажиматься.

Эта женщина с мужем тоже отдохнуть остановились.

И тогда меня пробило. Семья!

А как же иначе? Они моя семья, жена и дочка. Эта чужая тетка с таким теплом на нас смотрела, на миг в груди сдавило.

Она такая как мать, может, чуть старше. Что ж у чужих моя семья умиление и тепло вызывает, а родной матери мои самые близкие и дорогие люди безразличными оказались...

Но сопли пускать по этому поводу я себе точно не позволю. Улыбнулся женщине, подмигнул дочке.

— Сам себе завидую! Да, принцесса?

— Папина ядость, — поправила с серьезным видом Миланка. В последнее время она выбирает, как мне ее называть.

Тетушка, конечно, сразу руками давай всплескивать и ахать, какая девочка у меня милая.

Я сам знаю, что она милая. И что мама у нее красавица, тоже знаю. Мне одна идея в голову пришла, не дает покоя.

Я ее Никитосу озвучиваю, пока наши старшие девчонки младших девчонок уводят переодеться.