Книга Любовь Демона, страница 106 – Тала Тоцка

Но Ангелина слишком сильно переживает, и я не хочу качать это дальше. Хватит того спектакля, который мы устроили с Никитосом.

Я не скажу Ангелу правду. Сейчас не скажу. Потом, когда между нами окончательно исчезнет ебучая стена, признаюсь. Повинюсь, что пошел на крайние меры, потому что боялся опять ее потерять.

А сейчас молчать буду, и Топольский тоже. Он даже Маше ничего не сказал, ему можно довериться.

Поэтому пришлось побороть искушение. Сам любимую успокоил, чтобы погасить тревогу в больших распахнутых глазах.

— Не переживай, милая, ты же знаешь, на мне как на собаке.

Она покачала головой, улыбнулась. Незаметно по руке погладила, чтобы никто не увидел.

Я сука от счастья чуть не сдох. И эта давалка-блогерша реально думала, что я пойду ее трахать в Зимний сад?

Меня иногда поражают женщины. Она видит, что я с женой и ребенком. Да, без кольца, но я сказал это понятно и разборчиво.

Но нет, эта пизда где-то взяла мой номер и настрочила смс. Надо дать задание охране, пусть раскопают. Уверен почти на сто процентов, что это кто-то с ресепшена слил. За бабки или рекламу.

Урою суку.

Я не мог позволить, чтобы дрянь преследовала нас все выходные, поэтому пришел. Провел короткую беседу и быстро назад. Ангелина вроде не заметила, но я расскажу ей. Потом, выберу время.

После ужина выходим прогуляться. Мы с Миланкой и Топольскими играем в снежки. Ангелина вызвалась погулять с коляской.

Я глаз не могу отвести от нее, когда вижу, как она нянчится с Янкой Топольской. И при этом чувство вины грызет, не отпускает.

Наша дочка такой же малышкой была, и Ангелу самой с ней возиться приходилось.

Но какая же она милая, когда держит на руках девочку. Воркует с ней, улыбается. Словно светится изнутри.

— Тебе не кажется, что Карениных как-то маловато? — толкает меня плечом Никита. Скалится, заметил, как я Ангелиной любовался. — Не хочешь поработать ксероксом?

— Разберемся, — отвечаю лаконично и иду укладывать Миланку.

Дочка ожидаемо просится спать со мной, Ангелина соглашается и уходит к себе.

Это не то, о чем я мечтал, но добросовестно отрабатываю вечернюю программу. Моя малышка засыпает практически сразу, так ее ушатал сегодняшний день.

Укрываю дочку и выхожу в коридор.

Подхожу к номеру Ангелины, дергаю дверь — заперто. Но она там, я это точно знаю.

Больше не могу ждать. Набираю на телефоне ее номер.

Слышу, как за стеной раздается звонок. Несколько секунд — и из динамика доносится ее голос.Негромкий, немного удивленный. Чуть встревоженный.

— Демьян? Что случилось, почему ты звонишь?

— Подойди к двери, — говорю тихо.

Через мгновение дверь открывается. Ангелина стоит на пороге, волосы чуть влажные, губы приоткрыты. Халат намотан как кокон и затянут поясом на тонкой талии.

Она вся слишком тонкая и хрупкая. Моя любимая девочка.

Сердце бешено колотится, грудная клетка готова взорваться и разлететься на части.

Наши глаза встречаются, и я чувствую, что перестаю себя контролировать.

— Впустишь? — спрашиваю хрипло.

Она смотрит, и по глазам вижу, что она все поняла.

Что это не только про номер.

Это про все.

Про сердце. Про душу. Про тело.

Про жизнь.

Долго смотрит. И я смотрю. Боюсь сорваться, потому что уже на грани.

Хочу смять ее губы, размотать чертов кокон-халат. Ворваться в нее снизу и сверху одновременно. Языком и членом.