Книга Наследник для дона мафии, страница 132 – Тала Тоцка

— Вы так и не догадались, почему Феликс уехал? — спрашивает он тихо.

— Нет, — мотаю головой, — почему?

— Он боится за вас. За вас и Рафаэля. И он не готов вами рисковать. Сегодня к Феликсу в офис пришли с требованием признать действительным его брак со Светланой Коэн. Что это с ней физически был заключен брак в Сомали. Откуда произошла утечка, неясно. Феликс считает, слили Коэны, я в этом сомневаюсь. В любом случае, его служба безопасности уже роет. И Феликс опасается, что в особняке есть крот, который сливает информацию. Но по моим сведениям снаружи о вас никто не болтает. Насколько я могу судить, персонал предан Феликсу.

— То есть, его поездка — это было показательное выступление?

— Думаю, да.

— Но он же вернулся. Почему?

Платонов пожимает плечами.

— Для того, чтобы мы могли получать ответы на свои вопросы, Господь дал нам рот.

Поворачиваю голову, хмыкаю.

— Вы не думали пойти в проповедники, Андрей? Или в священники?

— Я для этого слишком много матерюсь. А так возможно, — серьезно кивает Платонов, и я не понимаю, шутит он или нет.

Возвращаюсь к себе, сажусь на кровать.

Если это так, если они давят на Феликса, неудивительно, что он разозлился. Я видела, что он в ярости, но он уже был таким, когда приходила Светлана. И мы тогда... справились у него в кабинете. А потом и в спальне. Да, понадобился заживляющий гель, но это только потому, что у меня давно не было мужчины...

Господи, что я говорю, да у меня их вообще не было! Был и есть один единственный...

А как же люди обходятся в браке? Даже если такой бешеный, что же, его каждый раз к шлюхам отправлять?

Я сказала Феликсу правду, я его больше не боюсь. Я может и не научилась им управлять, он еще для меня дикий и необъезженный, но мне больше не страшно с ним. Мне теперь страшно за него...

Надеваю красный комплект, сверху набрасываю шелковый халат.

Здесь у меня есть своя небольшая кухня с электрочайником и кофеваркой, и я завариваю чай. Мне для этого не надо идти через все крыло.

Ставлю чайник на поднос и иду к нему в спальню.

* * *

Он не ожидал, он настолько не ожидал меня увидеть, что в какой-то момент мне показалось, что он попросит меня уйти. Но нет, выпил чай и ждет, что я буду делать дальше.

Заползаю на кровать, Феликс следит за мной, заложив руки за голову. Кладу ладони на бугристые мускулы, они подрагивают под влажной кожей.

Феликс перехватывает за запястья, тянет на себя. Отнимаю ладони, толкаю его обратно.

— Ты мне мешаешь!

— У меня уже стоит.

— Нашел чем удивить. Удивил бы, если бы было наоборот.

— Неужели синьорина Роберта шутит? Я не ослышался?

— Феликс! Перевернись на живот!

Переворачивается и шипит. Матерится на русском.

— Ауч... больно, бля... Зацепил...

Давлю смешок, устраиваюсь на мужских ягодицах. Они у него тоже твердые и прокачанные.

Начинаю разминать шею. Я любила наблюдать, как это делали девушки на побережье, запомнила некоторые движения.

— Ты умеешь делать массаж? — спрашивает Феликс. Его голос звучит подозрительно журчаще и мурлычаще.

— Не умею, — отвечаю честно, — просто смотрела, как делали. Так что поправь меня, если будет больно.

— Мне не больно, — бормочет он, — мне охуенно.

И мне снова смешно. Хорошо, что я могу улыбаться, и он не видит.

Разминаю твердые мышцы, глажу гладкую теплую кожу. Будто ненароком заползаю пальцами по шее, цепляю ногтями затылок и массирую голову.