Книга Разведенка, страница 15 – Тала Тоцка

Батманов всматривается в мое лицо с неясной тревогой, а я молюсь только о том, чтобы ему не вздумалось сейчас включить свет.

Он прав, актриса из меня ужасная. И врать я не научилась.

Потому что это не так. Потому что было.

Но я подумать не могла, что мой бывший фиктивный муж этого не помнит.

Дамир

Она похожа на олененка, моя маленькая жена. Фиктивная. Фиктивная же, да?

Еще месяц назад я бы без промедления ответил на вопрос утвердительно, а сейчас вспоминаю ее огромные карие глаза и не знаю.

Просто нихера я уже не знаю.

Просто привык, что у меня есть жена, и что это именно Яся. Ясмина. С длинными пшеничными волосами и глазами цвета черного шоколада.

Смотрю как в бокале с темно-янтарным напитком перекатываются льдинки. В носу до сих пор стоит дерьмовый больничный запах. Кажется, я им полностью пропитался. От волос точно несет лекарствами и хлоркой.

И одежда вся пропиталась, костюм с рубашкой. Да что там костюм, уверен, даже трусы и носки пахнут гребучей больницей.

По уму стоило бы подняться в номер, закрыться в душе и попробовать отодрать намертво въевшийся запах с кожи.

Вместо этого я методично надираюсь в баре пятизвездочного отеля, в котором час назад снял люкс. Надираюсь и думаю об олененке по имени…

Нет, не Бэмби.

Мою жену зовут Яся. Ясмин. Так красивее.

А еще у нее очень светлая кожа. Светлые волосы, светлая кожа и темные почти черные глаза. Это тоже очень красиво.

Я потому и обратил на нее внимание, когда рассматривал портфолио. С тех пор прошло всего десять недель, а мне кажется, десять лет. И если бы мне тогда кто-то сказал, каким гондоном я буду себя чувствовать через каких-то два гребаных месяца, я бы ни за что не прикоснулся к этому портфолио.

Ни за какие деньги.

Два месяца назад

Перевожу дыхание и тянусь за остывшим кофе. Делаю глоток. Не успел допить.

Это было круто. Просто нереально. Жанка сегодня показала высший пилотаж. Превзошла саму себя. Давно мы так не отрывались.

Может остаться еще ненадолго? Или не портить приятное послевкусие и уезжать, пока она не начала доставать разговорами?

Жанна из тех женщин, которых украшает молчание.

Так остаться или уехать?

Уехать или остаться?

Изящные ухоженные руки обхватывают мои немаленькие плечи, гладят спину. Тонкие пальцы с дорогим маникюром скользят по груди.

Жанна прижимается ко мне со спины и мурлычет в самое ухо.

— Мир, милый, когда мы поженимся?

Ауч… Настроение меняется на сто восемьдесят градусов. Руки, которые меня обнимают, сразу становятся чертовыми лианами. Нежные объятия превращаются в удавку.

Значит ехать. Даже не обсуждается.

Лгать не вижу смысла. Похлопываю Жанну ниже спины, делаю глубокий вдох и говорю:

— Никогда. Я не собираюсь жениться.

Она отталкивается от меня и смотрит в глаза.

— Что?! Но, Дамир! Как ты можешь?

— Послушай, Жанна, я уже говорил тебе, что не хочу жениться. Это не для меня, — отвечаю сухо, ясно давая понять, что ее слова начинают меня раздражать.

— Ты меня совсем не любишь, правда? — всхлипывает она, а я внезапно понимаю, что это уже третья женщина, которая ставит мне подобный вопрос за последнее время.

— А что я только что делал? — говорю с ухмылкой. — Разве я тебя мало любил? Три раза… А главное, долго…

Но Жанна не настроена уводить разговор в сторону.