Книга Неверный, страница 49 – Тала Тоцка

— Ты знал, да? Знал? Вот такая у тебя честная игра, Ольшанский? — гневно кричу и трясу его как будто хочу это признание вытрясти.

— Что именно? — уточняет Демид все с тем же бесяче невозмутимым видом.

— Что Рустам там будет. Ты соврал, что его нет в списках?

Демид молчит, а я еще сильнее трясу, даже руки болеть начинают. Внезапно на них словно надевают наручники — запястья зажимают тиски, и меня вдавливает в стенку тяжелое мужское тело.

— Это кто здесь заговорил о честной игре, а? София Айдарова? Да, я знал, что Рустам будет на приеме, и вышло все лучше не придумаешь. Он даст тебе развод, чтобы не навлечь на себя славу рогоносца. Ты мне лучше, сестренка, вот на какой вопрос ответь. Какой у тебя срок?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В меня впиваются черные глаза с холодным блеском, и я забываю как дышать.

Мы сверлим друг друга перекрестными взглядами, воздух между нами пронизан воображаемыми молниями. Готова поклясться, что я наяву вижу искрящиеся ломаные линии.

Дышу глубоко и с надрывом, выдергиваю из стального захвата руки, поспешно накрываю живот.

От этого движения Демид непроизвольно отшатывается и прячет руки в карманах. Он предельно напряжен, на скулах желваки ходят ходуном, и я уверена на сто процентов, что его руки сейчас сжаты в кулаки.

— Ты… — наконец получается у меня вытолкнуть из глотки, — откуда ты… узнал?

Он молчит.

— Тебе Анна сказала?

Он продолжает молчать, и когда я вот-вот готова взорваться от этого невыносимого молчания, выдергивает из внутреннего кармана пиджака телефон. Скользит пальцем по экрану и разворачивает ко мне.

Узнаю вскрытый облачный файл с моим настоящим эпикризом. Пароль — телефонный номер Анны…

— Ты рылся в моих файлах, — бросаю обвинительным тоном, но в ответ обрушиваются тонны настоящего арктического льда.

— Ты меня обманула, — голос Ольшанского звучит как приговор. — Я бы палец о палец не ударил, если бы знал, что ты осталась беременной от этого ублюдка Айдарова.

— Только попробуй причинить вред моему ребенку, — шиплю я. — Это моя дочь, ясно тебе? Только моя.

Мне удается его ошеломить.

— Дочь? — рассматривает недоверчиво все еще плоский живот. — Откуда ты знаешь?

Силы разом меня покидают, сползаю по стенке на пол.

— Не знаю, — качаю головой, — просто знаю и все.

Он молчит, смотрит в потолок, разглядывает стены. В воздухе повисает звенящая тишина, но на меня она действует успокаивающе. Закрываю глаза и запрокидываю голову, упираясь в стену.

— Самый дебильный пароль, который только можно придумать, это чей-то телефон, — заговаривает первым Демид. — Мне даже ломать было неинтересно.

— Почему тебе так нравится выставлять себя подонком и сволочью? — спрашиваю, не открывая глаз.

— Возможно потому, что я такой и есть, — уклончиво отвечает Демид и продолжает без перехода: — У тебя час на сборы. Через три часа у нас самолет.

* * *

Наверное я чего-то такого и ожидала, поэтому и не позволяла себе расслабиться. Стоит нам войти в здание аэропорта, как я сразу замечаю Рустама с двумя охранниками. Они стоят у входа в зону предполетного досмотра и, увидев нас, даже не шевелятся.

Оборачиваюсь к Демиду.

— Ты опять?

— Не хочу потом поиметь лишние проблемы, — он даже не отрицает, чуть заметно пожимает плечами. — Ты все еще можешь передумать. А я все еще не тяну на конченного отморозка.