Книга Дочь моего друга, страница 11 – Тала Тоцка

— Пятеро на одну девочку, да? — цежу сквозь зубы. — Вам ссыкунам что, никто просто так не дает? Даже за деньги? Или от наркоты уже не стоит?

Один из ублюдков, который держал девчонку за ногу, недовольно кривит рот.

— Слышь, а ты кто вообще?

Почесываю висок дулом пистолета. Разглядываю потолок. Подхожу ближе.

— Буддист, прикинь? Верю в реинкарнацию и перерождение душ. Считаю тебя безнадежным, так что прощай, надеюсь, в следующей жизни ты будешь свиньей, — вскидываю пистолет, упираюсь дулом ему в лоб и стреляю.

Парень бледнеет и валится на пол, я с брезгливым выражением делаю шаг в сторону.

— В-вы… — светловолосый парень, который зажимал девочке подбородок, испуганно мотает головой, тычет в меня пальцем, затем показывает на бесформенную кучу у моих ног. — В-вы его зас…зас…стрелили…

Он заикается и захлебывается слюной.

— Эй, биомусор, вставай, — пинаю вздрагивающего у моих ног парня, тот издает булькающий звук, затем стонет.

— Мирон, — к нему бросается светловолосый, — ты как?

Двое остальных судя по их виду готовы начать перерождаться уже прямо сейчас. Девчонка сползла с кровати, привалилась к стене и теперь безучастно наблюдает за происходящим. Ее глаза действуют на меня странно. Притормаживающе.

По крайней мере я почти не матерюсь и пока никого не ударил ногой.

— Вот, видишь, живой. А черт, — сую руку в карман и достаю магазин с патронами, — я пистолет зарядить забыл. Ничего, сейчас повторим.

Снова пинаю парня и вставляю магазин в рукоятку пистолета до щелчка.

— А я вас знаю, — внезапно говорит светловолосый, — вы Ольшанский. Демид Ольшанский. Вы с моим отцом работали.

Я молчу, смотрю в упор, и он считает своим долгом уточнить.

— Бортников. Я Павел Бортников.

— Вообще-то мне глубоко похуй, как тебя зовут, — на этот раз почесываю пистолетом подбородок. — Для меня ты гондон. Безымянный. Как и все твои дружки.

Но тут уже я понтуюсь. На самом деле не похуй. Отцы этих ебланов — мои потенциальные заказчики. Или жертвы, в зависимости от расклада. В любом случае я слишком известная фигура, чтобы позволять себе учинять самосуд.

— Кто он такой, Паш? — переспрашивает подрагивающим голосом один из молчавших до этого парней.

— Ликвидатор. Он крутой, пиздец, — Бортников отвечает с придыханием и даже гордостью, а мне тошно быть авторитетом для таких мразей.

— Это как киллер? — допытывается парень. Смеряю его уничижительным взглядом.

— Хочется сказать, да. Но нет, я не киллер. Я ликвидирую предприятия. Хотя, глядя на таких как вы, я почти готов включить в прайс опцию ликвидации генетического мусора.

Наклоняюсь и за шиворот тяну вверх лежащего на полу парня.

— Давай, поднимайся, умирающий лебедь. Не ссы, убивать пока что больше не буду. Посмотрю на твое поведение

Но походу я опоздал. По джинсам парня в районе паха расползается мокрое пятно, и я с отвращением разжимаю руку.

— Ублюдки недоделанные, — выплевываю со злостью, — вам памперсы пачками нужно скупать, а не презервативы. Вы борзые только против нее, — киваю на влипшую в стену девчонку, — а сами чуть что, сразу уссались. Гондоны… Все, заканчиваем представление и вызываем полицию.

Достаю из заднего кармана телефон, и внезапно встречаюсь взглядом с девчонкой. Она смотрит на меня с отчаянием и мольбой, прижимает к груди руки и медленно качает головой из стороны в сторону.