Книга Девочка из прошлого, страница 66 – Тала Тоцка

Не женщина. Головняк, как сказал бы Демид. Какой мужчина станет так заморачиваться?

Но такой оказалась цена, которую я должна была заплатить за жизнь своего ребенка. И я заплатила.

На мой взгляд вполне равноценный обмен. Предложи мне его кто сейчас, я точно так же бы согласилась.

Я жила в полной уверенности, что больше ни один мужчина не дотронется до меня. Что мое тело больше никогда не откликнется и не отреагирует ни на одного мужчину.

Оказалось, я все ещё жива, я всё ещё могу чувствовать желание. Я захотела Демида, сама. Точно так же как раньше, если не сильнее.

Я соскучилась по нему. Господи, как же я соскучилась! Мое тело звенело и вибрировало в его руках, как натянутая струна. Я настолько осмелела, что гладила его затылок, сама его целовала.

Не думала ни о чём. Прекрасно понимала, что ему скорее всего что-то приснилось. Или может быть даже кто-то. Неважно.

Наплевать. Мне было совершенно наплевать на все, кроме мужчины, который вдавливал меня в стену тяжелым телом. И который ничего не забыл.

Точно так как и я.

Я тоже пока его не видела, держалась. Думала, все забылось и ушло как в песок.

Ничего не ушло. Все как и прежде.

Меня сносит от одного его присутствия. Ничего не поменялось, только теперь стало ещё больнее. Острее. Жаляще.

Я не смогла вовремя остановиться. Оргазм расплавил не только тело, он растопил и душу, коснулся заледеневшего сердца, и оно потекло. Забарабанило по грудной клетке, как весенняя капель.

Холод окутывает внезапно. Окатывает ледяной водой от макушки до кончиков пальцев.

Я как наяву вижу Демида, который с каменным выражением лица идет к рукомойнику, висящему во дворе, и сует руку под воду.

Это похоже на волны, которые накатывают, накрывают с головой, а затем, откатываясь, пытаются утащить вслед за собой.

Они оглушают и ослепляют. Мы с моим психотерапевтом научились распознавать их раньше и ставить защиту. А сейчас я не успела, я их прохлопала. И больше всего мне хочется, чтобы Демид меня не видел.

Он здоровый мужчина. Ему не нужна проблемная женщина, которая в любой момент секса может скатиться в истерику.

Вот сейчас я узнаю Демида. Он матерится и бахает кулаком о стенку.

— Что опять блядь не так, Арина? — рычит он над головой, и я обхватываю себя за плечи руками.

— Как ты теперь отмоешься, Демид? — каждое слово с трудом проталкивается сквозь гортань. — Здесь даже руки помыть нечем.

— Да нахуй... — взрывается он и внезапно осекается. Смотрит на меня так, словно увидел впервые. — Та-а-а-ак. А можно подробнеё? От чего я должен отмываться, Арина?

Отворачиваюсь, мучительно мечтая раствориться в воздухе. Но он обходит меня с другой стороны и прикрикивает.

— Да не прячься ты, ну? Я все равно додавлю. Закрою сейчас дверь изнутри и будем тут сидеть, пока не расскажешь.

Закрываю глаза и призываю все силы, чтобы вернуть над собой контроль.

— Нечего рассказывать, Демид. Ничего такого, о чем ты не знаешь, — я стараюсь говорить как обычно, но голос звучит так глухо, что мне самой приходится вслушиваться.

Он садится рядом, но уже не так близко, на самом краю каремата. Трет ладонями глаза, и мне до боли становится его жаль.

— Что такого произошло в нашу последнюю встречу, Арина? — таким же глухим голосом спрашивает Демид. — Я знаю, что это все связано со мной. Я хочу знать, что я такого сделал?