Книга Игры мажоров. Хочу играть в тебя, страница 93 – Тала Тоцка

Словно в ответ моим мыслям Никита договаривает:

— И забудь про рейтинг, тебя это больше не касается.

Меня запоздало накрывает, и я шепчу ошарашенно:

— Подожди, я что, теперь должна жить здесь все четыре года? Не в кампусе, а с тобой?

Топольский внимательно смотрит, снова уголок губ криво ползет вниз.

— Ты же сама выбирала. Так что извини, — ухмыляется и разводит руками. У меня ощущение, что за ухмылкой Никиты что-то прячется. Или это последствия действия галлюциногенов? — И да, ты теперь везде будешь ходить только со мной.

— Почему? — вздрагиваю от тона его голоса и крепче обхватываю себя руками.

— Потому что ничего не закончилось, Маша, — он не спеша наклоняется, подбирает бутылку с недопитым виски и пепельницу.

— Что не закончилось? — холодею.

— Игра, — Никита окидывает меня ничего не выражающим взглядом. Бросает на ходу «Я в душ» и исчезает за порогом своей комнаты.

— Я тоже, — растерянно говорю пустому коридору и иду обратно в спальню.

Стаскиваю футболку, становлюсь под горячие струи, а в голове крутится «Ничего не закончилось». Как это, не закончилось? Что это значит?

После душа в футболке холодно, нахожу плед и заворачиваюсь как в кокон. Спускаюсь в кухню и нахожу Топольского возле кофемашины. Он стоит спиной в одних джинсах, и я на короткое время залипаю на литых мышцах, перекатывающихся под смуглой кожей. Никита загорел пока был в Израиле, там сейчас тепло.

— Кофе будешь? — спрашивает он не оборачиваясь.

— Да, — подхожу ближе и все-таки это говорю. — Никита, можно тебя попросить ходить одетым? Я понимаю, что это твой дом, но...

Он резко оборачивается и несколько минут молча изучает мое лицо. Как и я что-то пытается прочесть? Или галлюциногены так прочно обосновались в моем организме, что им жаль меня покидать? Кажется, второе.

— Хорошо, — кивает он, — пей кофе.

Ставит на стол чашку и выходит из кухни. Возвращается в рубашке, плотно облегающей тело, и я отворачиваюсь. Еще лучше. А если я попрошу его ходить дома в пальто, он меня точно пошлет?

— Не забудь позвонить подруге, — напоминает Никита, — и включи обогреватель. Я уже распорядился запустить отопление, но пока дом прогреется, ты можешь простудиться.

— А тебе не холодно? — придвигаю к себе чашку. Он пожимает плечами.

— Нет, нормально.

Странно, мы болтаем как будто ничего не произошло. Но ведь я хотела выяснить...

— Никита, — глотаю горячий кофе, надеясь согреться, — почему ты сказал, что Игра не закончена?

— Потому что, — он достает сигарету и прикуривает. Хочется одернуть, он же спортсмен, курение вредит легким. Но говорю себе, что это не мое дело, и молчу. — Они просто так не отстанут.

Я чуть не давлюсь кофе.

— Как это? — ставлю чашку обратно на стол. — Я же все подписала.

— Да, подписала. Теперь они будут пытаться меня обойти, вернуть тебя обратно в Игру.

— Но... каким образом? — я шокирована и не пытаюсь это скрыть.

— Если снимут браслет, — Никита садится напротив и смотрит в глаза. — Ты так и не поняла их мотивы, Маша?

— Они маньяки, — меня начинает трясти.

— Нет, — он качает головой, — ты ошибаешься. Они не маньяки. Им похуй на результат, им даже на секс похуй, важен сам процесс. Это вампиры, только энергетические. Они питаются твоими эмоциями и кайфуют. Если ты сумеешь продержаться какое-то время, им надоест, и они отстанут. Найдут себе новую игрушку. В их присутствии главное сдерживать свои эмоции, никак их не проявлять, и тогда им станет неинтересно. Чем дольше ты будешь бояться, тем дольше они будут нас пасти.