Книга Опорочить чемпионку, страница 29 – Юлия Герман

— Мамуль? — в ужасе смотрю на нее, потому что никогда раньше не видела ее слез. — Мам?

— Не дай Бог тебе, доченька, узнать, каково это — любить мужчину, которому ты не нужна.

— Ты что… ты его до сих пор любишь? После всего?

— Да! А он… — не договаривает, но я прекрасно понимаю, что она имеет в виду его бесконечных любовниц. — Поэтому, — вытирает она слезы, — не повторяй моих ошибок. Выходи за того, кто тебя будет любить больше, чем ты его. Того, кто будет с тебя пылинки сдувать.

— Как это?

— Мужчина должен любить сильнее — вот залог крепкого брака.

— Нет, я выйду замуж только по любви.

— Посмотри на меня, Ари. Нравится? Хочешь так же закончить?

А мне даже взглянуть на нее неловко, потому что она выглядит жалко. И я ничего не могу с этим сделать.

— Вот так-то, — подытоживает она, верно считывая мою реакцию. — По любви выходят замуж только дуры. А ты у меня умная девочка. И жизнь построишь правильно, — поднимается и целует меня в лоб.

Я же стою на месте и не знаю, как поступить.

— Куда хоть собираешься? — спрашивает уже более беззаботно, стоя у выхода из комнаты.

— Вик собрался познакомить меня с родителями.

— Хороший знак, — подмигивает она, оставляя меня с тяжелыми мыслями о том, достаточно ли сильно Вик любит меня, чтобы потом наш брак не превратился в это?

Мик

— Вау! Красивый ресторан, — оглядывается по сторонам Тоня.

— Не была здесь? — мажу по ней взглядом, а сам сканирую зал, отыскивая свое семейство.

— Ты что? Я вообще по барам больше, — она надувает пузырь из жвачки и лопает его с характерным звуком.

— Прошу сюда, — старается не коситься на мою спутницу хостесс, и меня забавляет подобная реакция.

— Пойдем, Тонь, — привлекаю ее внимание, когда она в открытую начинает пялиться на то, что едят гости ресторана.

— Ну, пошли. Поглядим, как мажоры время с семьей проводят, — идет она следом за хостесс, покачивая пышной задницей, обтянутой кожаными шортами.

Мысленно я уже представляю отцово выражение лица, и на краткий миг становится стыдно. Но затем вспоминается его извечное: “Бери пример с брата”, — и от стыда не остается и следа.

А мама… Мама простит.

Мы прогуливаемся по ресторану, как по каким-то сказочным джунглям. С потолка свисают лианы и цветы, и сам потолок, несмотря на это, кажется таким воздушными и невесомым, что заведение на самом деле выглядит очень романтичным местом, и сюда бы с девушкой прийти настоящей, а не той, которой по фану посмотреть жизнь мажоров изнутри, в обмен на пару хрустящих банкнот.

Мы заворачиваем за угол, в более уединенный и тихий зал, и я сразу же вижу свое семейство. Но, как назло, первым, что я вижу, становятся ведьминские глаза. Они впиваются в меня, на мгновение вышибая дух, а затем я чувствую, как в крови шипит яд, отравляя кровь.

Следом за ней нас замечают и другие члены семейства. Они поворачивают к нам головы, и только тогда я перевожу взор на Вика и следом за ним на родителей. Они улыбаются, завидев меня, но стоит моей спутнице пройти к столу, как все их внимание мгновенно перетягивает она.

— Добрый вечер, семья, — жму руку отцу и брату и приобнимаю маму, оставляя поцелуй на ее щеке.

— Добрый, — хмурится отец. — Вы опоздали.

— Прошу прощения, сборы прошли не по плану, — улыбаюсь, тупо чтобы позлить их. Потому что на самом деле я ждал, когда Тоня закончит смену.