Книга Опорочить чемпионку, страница 129 – Юлия Герман

— Не так, ты прав. Видимо, ты так втянулся, что решил задержаться рядом со мной на год, — кажется, теперь все события последних дней становятся кристально ясными. — А теперь ты понял, что засиделся на одном месте, и поэтому появились неугомонные коллеги, да и видео каким-то магическим способом просочилось из твоего облака в сеть. Просто мистика какая-то!

Не знаю, откуда во мне берутся силы говорить все это. Потому что изнутри я уничтожена. Разбита.

— Да, черт, Ари! — Мик оказывается слишком близко ко мне и впивается пальцами в мои плечи. — Да, я просто искал повод быть тварью и отбить тебя у своего брата, понимаешь? Потому что я ведь считал, у вас любовь! А самого крыло, как только видел тебя. И его придушить хотелось за то, что имеет право касаться тебя, целовать. Я хотел быть на его месте! Я! — с Гордеева слетела чека, иначе я не могу объяснить его безумные глаза.

— А спорить на девушку брата не свинство?

— Свинство! И я — мразь полная. И спорить — это днище! Но, Ари, я злился на тебя, что ты с ним, в то время как меня так кроет, на себя — что не могу переключиться на других. И тут этот спор, понимаешь? Словно гребаная сделка с дьяволом. Потому что на тот момент у меня уже крыша ехала от влечения к тебе.

— И что ты получил за выигрыш? — не чувствую сострадания к нему. Потому что я уходила от Виктора осознанно, выбирая его. Без всяких триггеров. А просто потому, что хотела быть с ним. Не могла иначе.

— Я отказался от спора и выплатил компенсацию, — отвечает Мик, смотря мне прямо в глаза.

А я даже не знаю, могу радоваться этой новости или нет. Слишком много событий на сегодня, которые меня выпотрошили, как кролика, а потом еще и освежевали.

— Давно?

— Когда мы начали спать, я уже знал, что хочу быть с тобой не на один раз. И ни за что не покажу тебя другому…

— В каком плане не покажешь? — не сразу соображаю, о чем он.

— На видео.

Силы окончательно покидают меня, и я, едва оттолкнув от себя Мика, опускаюсь на кровать.

— Ну… сейчас ты можешь попросить свои деньги обратно. Весь мир видел меня на видео, — губы двигаются на автомате.

— Прекрати! — он садится на корточки передо мной, обхватывая ладонями колени. — Мне не нужны деньги. Нужна только ты.

У меня же от его слов в голове пустота. Я слишком устала.

— Я… хочу спать, Миш.

— Я буду лежать с тобой.

— Не нужно. Я хочу побыть одна, — отталкиваю его и забираюсь на кровать прямо в одежде.

— Можешь меня прогонять, бить, кричать, обзывать, но я не уйду. Ты моя, независимо от того, хочешь ты этого или нет. Но ты моя, раз и навсегда, — он действительно ложится у меня за спиной и обнимает, крепко прижимая к груди.

И только теперь я чувствую, как из глаз текут слезы, пропитывая горечью подушку.

А у меня внутри, с каждой пролитой слезинкой, становится легче на душе и в груди. Когда же я, закусывая губы и утыкаясь лицом в подушку, начинаю выть, Мик все это время не разжимает объятий, целуя меня в волосы.

— Больше никогда, никогда ты не будешь из-за меня плакать, Ари. Никогда. Клянусь, — шепчет, сжимая крепко и целуя до тех пор, пока я не отключаюсь.

— Можем лететь домой, — я возвращаюсь в номер после изматывающего разговора с тренером и Антоном.

— В смысле? — смотрит Мик. — У тебя еще мастер-классы.