Книга Пойманная в капкан, страница 69 – Юлия Герман

— Она знает как я к ней отношусь. Я, б*ядь, ради нее на все готов. Глотку любому перегрызу, — сжимал прутья так, что побелели костяшки пальцев.

Хотел дотянуться до гада и прекратить эту вражду прямо в это мгновение и на этом месте.

— Ты еще молод, Алан. Не понимаешь, что женщинам не нужны жертвы, им нужен мир и крепкое плечо рядом. Найди себе девочку по-проще. Алиса тебе не по зубам, — повернулся спиной, удаляясь от ворот. — И не вздумай заявиться на свадьбу, — кинул через плечо.

— Какая свадьба! Она не выйдет за тебя! Пусть она скажет мне это в лицо! Дай мне с ней поговорить! Трус! — кричал и тряс ворота. — Боишься, что она уйдет со мной. Поэтому прячешь! Повернись ко мне лицом, когда с тобой разговариваю. Будь мужиком! Открой ворота!

Но отец больше не оборачивался. Ушел, выбросив меня из их с Алисой жизни. Сколько бы я ни кричал и не требовал продолжить разговор, ко мне никто не вышел повторно. Лишь когда белые стены дома осветило сине-красным, и меня скрутили копы, надевая наручники и заталкивая в машину, я был уверен, Мандаринка не выбирала. Ее заставили принять такое решение.

Владимир

Никогда не думал, что буду ненавидеть собственного сына, да ещё и упиваться этим темным чувством, позволяя ему все глубже проникать в плоть, заполняя чернотой сердце. Даже когда он позорил меня ввязываясь в драки в школе и позже, когда сменил мою фамилию на девичью фамилию матери, и после когда снова и снова попадал в скандальные хроники, никогда я не испытывал такого гнева. Узнав, что этот щенок спутался с моей женщиной, он в то же мгновение превратился в постороннее чмо, беспринципного ублюдка без рода и племени. И все чего я хотел, это уничтожить его. Никто не имеет право покушаться на мое, а тех кто посмеет, будет ждать беспощадная расправа.

Та первая фотография, присланная незнакомцем с парковки, лишь всколыхнула зародившееся ранее подозрение. Но когда мой человек сказал, что они оба улетели на Гавайи в одно и то же время, знал, таких совпадений не бывает. Из меня делают лоха. Нагло улыбаясь в глаза и убеждая в любви, тут же превращают в рогоносца.

Уезжал, силой заставляя себя сосредоточиться на работе. Но мысли то и дело возвращались к парочке предателей. Я не спешил их клеймить, ждал прямых улик. Никогда не выносил приговор, не имея на то неоспоримых доказательств. Вот и теперь, мучился, терзался сомнениями, сдерживал порыв спросить в лоб, было или не было, но гордость не позволяла. Знал, что в лицо никто в таком не признается, лишь лучше прятаться станут. Но больше всего пугало то, что Алиса или Алан сознаются и, бл*дь, понятия не имел как вести себя в этом случае.

Любил своего Лисёнка, любил до одури. До умопомрачения. На все ради неё готов! Рядом с ней чувствовал себя моложе, сильнее, счастливее. И отдавать кому-то не собирался. Но что если моя чистая, нежная девочка на самом деле окажется расчетливой бл*дью? Гнал эти мысли. Не прощаю предательств, не пользуюсь б/у, не сплю со шлюхами. Вот мой жизненный принцип.

Ходил вместе с экспертами по объектам, построенным новым подрядчиком. Проверял качество, а в голове та чертова фотография на парковке. Обрывками слушал собеседников и практически ни черта не увидел. В себя пришел, когда Диман озвучил цену, которую выставил конкурент, участвующий в тендере. Лишь тогда внимательнее стал относиться к деталям.