Книга (не) Ангелочек для Альфы, страница 6 – Яра Бах

— Расскажите, — попросила я. — Я хочу понять, как вы здесь оказались.

Они переглянулись. А потом заговорили.

Первой была Вера.

— Я была женой Беты, — начала она тихо. — Хорошая партия, сильный клан. Думала, что люблю его. А потом встретила истинного.

Она расстегнула ворот грубой рубахи, показывая метку. Тусклую, почти погасшую.

— Он нашел меня на ярмарке. Просто шел мимо, увидел, и на груди расцвела метка. Понимаешь, в один миг? Я даже не поняла сразу, что случилось — просто сердце остановилось, а потом забилось так, будто хотело выпрыгнуть, а левую грудь зажгло огнем.

— И что дальше?

— Брак расторгли в тот же день. Муж даже не посмотрел на меня. Сказал: «Иди к своему истинному, теперь ты его». Я пришла домой, к родителям, а они… они закрыли дверь. Сказали, что дочь, опозорившая род, им не нужна.

Вера говорила ровно, без эмоций, но я видела, как побелели ее пальцы, вцепившиеся в край тюфяка.

— Три дня я ночевала на улице. Думала, что умру. А потом пришли его люди. Привели сюда. Истинный пришел на следующую ночь. Пометил. А наутро сказал: «Ты мне не нужна. Истинность — это проклятие. Но раз есть метка, ты моя собственность. Будешь сидеть здесь и ждать, пока понадобишься».

— И ты ждешь? — спросила я.

— А что мне делать? — Вера посмотрела на меня в упор. В ее глазах не было слез. Только сухая, выжженная пустота. — Убежать? Куда? За пределами клана меня поймают другие. Изнасилуют, убьют или продадут. Таков мир Кая. Истинные вне закона и принадлежат мужчинам. Мы нужны только раз в несколько месяцев, когда у зверя гон. Чтобы сбросить напряжение, чтобы не сдохнуть. А в остальное время мы здесь. Сидим и ждем.

— И так у всех?

— У всех, — кивнула девушка с пепельными волосами. Ее звали Алиса. — Мне было семнадцать. Я только школу закончила, мечтала получить профессию. Я красиво рисовала, думала устроиться к гончару и расписывать посуду, — она горько усмехнулась.

— И что случилось?

— Он пришел на выпускной. Старший сын Бэты Кая. Посмотрел на меня через весь зал — и все. Метка вспыхнула. Меня забрали в ту же ночь.

Алиса всхлипнула, вытирая слезы.

— Я надеялась, что со мной все будет по-другому, что я смогу растопить его сердце. Он был такой красивый… такой сильный… Я ждала, что он придет и скажет: «Ты моя, я тебя никому не отдам». А он… он просто приходил и брал. Каждый гон. Десятки раз за ночь. А в остальное время даже не смотрел в мою сторону.

— Тебя искали? Родители?

— Мать приходила, — тихо сказала Алиса. — В первый месяц. Стояла у ворот, кричала, просила отдать дочь. Ее прогнали. Сказали, что если еще раз появится, убьют. Больше я ничего о ней не слышала.

Она замолчала. В подвале стало тихо — только вода продолжала капать.

— Потом его женили на дочери соседнего клана, — продолжила Алиса. — Сильный союз, понимаешь? Двое детей уже. А я здесь. Четвертый год пошел.

— Четвертый год…

Другие женщины принялись делиться своими историями. Я смотрела на них и чувствовала, как внутри разрастается огонь. Не жалость — гнев. Чистый, праведный гнев.

— И вы готовы это терпеть?

Алиса всхлипнула.

— А у нас есть выбор?

— Выбор есть всегда. Бездействие — это тоже выбор, — сказала я твердо.

Они смотрели на меня. Кто-то с надеждой, кто-то с раздражением, кто-то с той особенной усталостью, когда уже ничего не хочется.