Книга Измена. Правило трех, страница 15 – Рэй Харт

— Не надо, — прошептала она. — Вы женаты.

— Я женат, — согласился он. — Но моя жена дома пилит меня за разбросанные носки. А я хочу чувствовать себя мужиком. Ты можешь дать мне это чувство. А я тебе — защиту, премии, да всё что угодно. Ты же хочешь?

Его рука поползла выше, задирая юбку. Сашино дыхание перехватило. В мозгу проносились обрывки мыслей: «Это мой начальник», «Это аморально», «Он немолод и груб». Но перед глазами стоял образ Аслана, его равнодушное «я не женюсь». И этот мужчина, стоящий на коленях перед ней, предлагал хоть какую-то страсть, хоть какое-то забвение. В этот момент ей было плевать, что это низко. Ей нужно было, чтобы её хотели.

Она не сопротивлялась больше.

То, что произошло дальше, было сексом без грамма нежности. Вадим Сергеевич не стал тратить время на прелюдию. Он задрал её юбку до талии, рывком сдёрнул кружевные стринги и вошёл в неё почти сразу. Без поцелуев, без подготовки. Он был груб, он наваливался на неё всем весом, придавливая к жёсткому дивану. Кабинет заполнился его утробным рычанием и пошлым шлёпаньем тел.

Муж трахал её в спальне с выключенным светом, в миссионерской позе, словно выполнял рутинную обязанность. Аслан трахал её как божество, наслаждаясь каждым изгибом. А Вадим Сергеевич просто вымещал на ней свою похоть, используя её тело как инструмент для сброса напряжения.

И самое страшное — Саше это нравилось.

Она поймала себя на мысли, что извращённым образом наслаждается этим унижением. Это был грубый, животный секс без обязательств. Ей не нужно было притворяться, ей не нужно было бояться разочаровать его. Это была грязь в чистом виде, которая каким-то грязным образом очищала её от иллюзий о любви. Она закрыла глаза и кончила. Бурно, с криком, чего с ней в принципе никогда не случалось в формате «быстрого перепихона».

Вадим Сергеевич, закончив, вытерся салфеткой и, тяжело дыша, застегнул ремень.

— Вот это я понимаю, — хохотнул он. — А ты, оказывается, штучка еще та, Александра. Горячая. Завтра останешься снова. Обсудим бюджет на следующий квартал.

Их служебный роман закрутился стремительно и уродливо. Они не ходили в рестораны (он боялся спалиться перед знакомыми). Они не целовались в губы (он говорил, что это «для детей»). Они всегда встречались в его кабинете после работы, на этом чертовом диване, иногда в гостиницах на час, куда он отправлял её с чеком на оплату. Он никогда не был нежен, но он был дьявольски возбуждён. И эта энергия подпитывала Сашу.

Ей казалось, что она уже полностью деградировала как личность. Моральные границы стёрлись. Что такого? Олег всё равно не вызывает желания, Аслан исчез, а этот хотя бы смотрит на неё как на самку, а не как на кухонный комбайн.

Она перестала ночевать дома, придумывая все новые и новые отговорки. Она увольняла себя от роли жены. Секс с мужем сошёл на нет окончательно. Олег пытался пару раз «поговорить», но она огрызалась и швыряла в него обвинениями в его же чёрствости. В доме поселилась холодная война.

Но роман с Вадимом Сергеевичем тоже начал надоедать. Он был примитивен. В его руках не было музыки Аслана. Саша понимала, что меняет шило на мыло, но не могла остановиться. Она нуждалась в мужском внимании как в наркотике. Чем примитивнее была доза, тем сильнее она хотела чего-то большего.