Книга Не идеальная жена для предателя, страница 60 – Tommy Glub

— Беги, — шепчет Карина, ведя ладонями вверх по моей груди и дрожа так, словно действительно борется с самой собой. Пальцы дрожат, словно после хорошей пьянки, а губы бледнеют. — Беги, Карина… — просит саму себя, пока я и сам на долю секунды желаю, чтобы она сейчас сбежала. Но она не сбежит. Она опускает взгляд на мои губы, жадно сглатывает и качает головой.

— Две, — хмыкаю, приблизившись к её губам ещё ближе и сжимая со всей дури её талию. Сломаю, ей богу. Но никуда не отпущу. Не сможет она сбежать. Не в этот раз.

— Дура, — шипит она, запуская пальцы в мои волосы и со стоном впиваясь в мои губы. Сама притягивает и совершенно не боится брать на себя эту ответственность. Со стоном принимая мой ответ и позволяя тут же прижать её к стеллажу и что-то разбить. Сводит с ума чувствительностью и тем, насколько же всё же мы друг друга стоим. Насколько рушится сам мир, когда сдаёмся.

Я лишь пью её поцелуй и вгрызаюсь в губы, сжимая родное и любимое тело. Лишь плыву сознанием, не отвечая ни за что. Кусаюсь, ощущаю боль, когда она тянет меня за короткие волосы.

Но это так сладко… Боги, это так долгожданно…

Карина

Кривлюсь от боли, шиплю прямо в губы, когда он вжимает меня в свой дорогущий стеллаж из дуба. Что-то падает на пол, что-то бьётся, рассыпается… Но это где-то там, в реальной жизни и совсем не рядом с нами… У нас в ушах звенит только гордыня и все те предубеждения, которые разрушились, стоило нам просто слиться в поцелуе.

Я плачу и целую. Горячие слёзы сжигают кожу, словно лава. Я так пьяна и так слаба, что и правда ощущаю к нему неумолимое желание. Я хочу его…

Схожу с ума. Он буквально вгрызается в мои губы и нещадно кусается, тянет губы и втягивает язык в рот. Обжигает своим дыханием, нравом и подчиняет всё моё тело. Как и было когда-то, когда мы не были бывшими. Сладко полыхали во страстном пожаре и не могли никак выдохнуть, пока оставались физические силы. Нам всегда было мало.

И сейчас мало.

Большие ладони проходятся по всему телу, впиваются в бёдра и помогают обвить его торс ногами. Поднимает так легко, словно я ничего не вешу. И так быстро, что я сжимаю тонкими руками его шею, всхлипнув и ахнув от неожиданности. Он рычит. Словно дикий зверь, рычит и мычит, словно ему рвет крышу. И я сжимаю его сильнее, чтобы показать — он не один.

Никаких слов больше не нужно. Горько осознавать, что я настолько быстро сдалась и позволила ему столько. Поцелуй настолько пьянящий и родной… Слёзы всё ещё текут, кажется, у меня уже вся шея мокрая. Мне горько понимать, что рядом с ним я всё та же слабая и хрупкая девочка, которая всегда будет смотреть на него с блеском в глазах и любовью в сердце. Но одновременно с этим понимая… А с кем ещё Карине Стрижовой быть такой? Кто ещё её такую примет и поймёт. Кто, как не Виталий Сапфировский меня стерпит и ещё и трахнет?

Господи, какие мы дураки…

Сука-любовь.

Рву его брендовую рубашку. С наслаждением. Пуговки разлетаются в стороны, а его горячее тело, бархатная кожа и неизменный запах тела полностью лишают дара речи. Хочу всё больше и больше. Чтобы не было конца и края его ласкам. Пусть хотя бы немного заставит меня забыть всё, что было… К тому же, у него это хорошо получается. Его горячие губы отпускают мой рот. Он зубами прихватывает подбородок, задирая платье до талии и вжимаясь в меня своим возбуждённым членом. Боже, пусть не сдерживается. Но сказать и молить не могу. Потому стону. Шипит прямо в губы, облизывает кожу и тянет мокрую дорожку вниз, помечая меня, владея и не отпуская. Он давал мне много шансов уйти и оставить его в покое. Он сейчас меня бросил тут на час… А я дождалась.