Книга Фронтир, страница 99 – Яков Литвинов

Здесь, похоже, нашли свой конец все чудесным образом излечившиеся пациенты лечебницы. Множество тел, расчлененных и обезображенных, но сохранившихся в хорошем состоянии, лежали на железных койках и сидели в колясках. У некоторых тел не хватало конечностей, у других же, наоборот, были пришиты лишние. Некоторые тела приобрели очертания скорее животных, чем людей, скрепленные металлическими спицами и скобами, перетянутые ремнями. Возле каждого стояла капельница с бальзамирующей жидкостью.

Винсент заглянул в одну из комнат. Там на полу лежало несколько тел, накрытых простынями.

— Этот еще живой, – сказал Ахимас, подойдя к одной из коек, и Винсент вернулся назад.

На ней лежало тело без рук и ног. Глаза несчастного были выколоты, как и барабанные перепонки, о чем говорила запекшаяся кровь в ушах, во рту не было языка.

Несчастному не повезло в этой жизни с самого рождения – сначала родился с неизлечимым врожденным заболеванием, людей с которым предпочитали сбагривать в лечебницы, хотя при должной заботе они могли стать членами общества, хоть и ограниченными. Но ему не досталось этой заботы, а досталась жизнь в серых стенах в окружении сумасшедших. И вот теперь он и вовсе стал жертвой садиста-вивисектора.

Живот живого трупа поднимался и опускался, значит, легкие еще качают кислород в этот сосуд. Он не мог видеть или слышать их, но из его горла доносились тихие неразборчивые звуки.

Винсент подошел вплотную и выстрелил несчастному в голову.

— Любишь играть в бога, парень? Может, ему можно было помочь, – заговорил Потрошитель впервые за весь день.

— Ему уже никто и ничего не поможет. Пусть не мучается, – ответил Винсент про себя. Хорошо, что Под читал его мысли, иначе бы его уже давно приняли за сумасшедшего.

— Ты что творишь? Наверху могут услышать.

— Отобьемся.

Они пошли в следующую комнату, откуда раздавалось тихое монотонное гудение.

— Очень интересно, – сказал Ахимас.

Внутри комнаты стояло неизвестное оборудование, которое и издавало электрический гул. Рядом с ним лежали черные кристаллы с торчащими металлическими пластинами. Ахимас взял один из них:

— Хм. Аккумулятор из эмульсионного кристалла. Только какой-то кустарный. Впервые вижу.

От оборудования тянулись провода к еще одному телу, лежащему на столе, у которого была лишняя пара рук. И, судя по их длине, дополнительные руки были сделаны из ног, к которым вместо ступней пришили кисти.

Эта картина была уже знакома Винсенту.

Возле одной из стен на инвалидных колясках сидели трое человек, изо рта которых тянулись ребристые резиновые трубки. Хотя они уже были мало похожи на людей: кожа стала серой и плотной, будто панцирь, наружу торчали острые кости, на руках и ногах были когти, каждое тело было поджарым и жилистым.

Но на этом отличия не заканчивались. У одного из них было две головы, у другого руки были покрыты костяными шипами вперемешку с острыми обломками металлолома. Третий же и вовсе был закован в разные и неловко сведенные металлические листы, из которых торчали провода, а на груди было закреплено какое-то подобие заводного механизма.

Возле каждого стояла капельница. Странно, что игла вообще могла пройти сквозь их кожу. Их шеи были закованы в кустарные металлические ошейники с деталями электроники, туда же тянулись и трубки с веществом.