Книга Фронтир, страница 56 – Яков Литвинов

Девушка схватила со стола два ножа и была готова броситься на Винсента, дай он ей повод. Хотя свой пылающий взгляд она не сводила с перчатки.

— Интересно. Кендзо, проведи измерения.

Тот поставил на колени Винсенту какой-то странный тяжелый прибор явно кустарной сборки. Провода из него шли в компьютер Кендзо. Сам техник снова уставился в монитор.

— Ого. Вы посмотрите, – подозвал он к себе полковника. – Фон не больше, чем от обычного эспера.

— Интересно. Очень интересно. – Полковник смотрел себе под ноги и потирал подбородок. – Можешь убрать. Анна, развяжи его.

Перчатка спряталась внутрь руки так же, как и появилась. Винсента это удивило, хотя он и вида не подал. После этого девушка разрезала путы.

— Если вам от меня больше ничего не надо, то отпустите меня. Перчатку можете забирать… – сказал он, неуверенно поднимаясь с кресла-каталки на ватные ноги. Такой вариант показался ему самым разумным после всего пережитого. Ему хотелось поскорее вернуть всё на круги своя.

— Мы еще не полностью убедились в твоих словах, Винсент. Да и перчатку мы забрать просто так не можем.

— В смысле?

Полковник взял папку со стола и показал Винсенту рентгеновский снимок оттуда:

— Вот. Это снимок твоей руки.

На снимке были кости левой руки от плеча до кончиков пальцев. Но все кости, что ниже локтя, обвивало что-то черное, подобно какому-то спруту.

— А вот общий снимок твоего тела, когда тебя доставили в нашу больницу, – он дал Винсенту еще один.

На этом снимке был весь его скелет. Но теперь этот черный спрут расползался ветвями по всему телу, особенно по позвоночнику.

— С такими ранами, какие были у тебя, если и доезжают до больницы, то лежат в ней несколько месяцев. У тебя было парализовано всё ниже пояса, куча переломов, многочисленные внутренние кровотечения. А ты пришел в себя всего через две недели. Перчатка спасла тебя. Более того, мы не можем отделить ее. Конечно, если ты не против, чтобы мы отрезали тебе всю левую руку. Хотя у меня есть еще одна идея…

— И что со мной будет? – спросил Винсент, стараясь не показывать испуг, хотя внутри его колотило.

— А это решит уже наш Ангел Смерти.

Ахимас шел по коридору, как обычно, ухмыляясь.

Сегодня был последний рабочий день недели, сокращенный, так что коридоры Фронтира почти опустели и многие двери были уже заперты.

Через стекло он видел, как дороги заполонили машины. Жутко было представить, что сейчас происходит в метро. Хоть светофоры, навигаторы и анализатор трафика и были объединены в сеть, пробки в прошлое не ушли.

В здании еще можно было встретить клерков, хотя в основном остались только научные сотрудники из ведомства генерала Тумановой. Ахимас любил работу, которой занималась Туманова и ее люди. Он воспринимал ее как высшую форму искусства, потому что только в их лицах он видел какой-то интерес и жизнь, чего нельзя было сказать о многих служащих Канцелярии. Ахимас завидовал им. Он завидовал даже простым служащим Канцелярии с их бумажной работой и на самом деле беззаботной, хоть и пустой жизнью.

Вечером обычно оставались служащие диспетчерской, Ликвидаторы, ученые, чрезвычайно занятые исследованиями, и военные на дежурстве.

Пройдя по отдающему стерильностью коридору, Ахимас зашел в лифт. Он нажал на кнопку и поехал еще выше. В лифте, кроме него, никого не было, и он смотрел через стекло на Город. Буйство пестрого оранжевого цвета уже закончилось, и яркое закатное солнце уступило бледно-голубому вечернему небу. Как жаль, что в Городе не видно звезд.