Книга Фронтир, страница 170 – Яков Литвинов

Осамм пытался что-то сказать, но издавал лишь булькающие звуки. Они вдвоем медленно оседали на пол.

— Сынок! Мой сын! – Форух плакал.

Шариф подошел к Луцию:

— Всё кончено, милорд, вам лучше уйти, пойдемте. – Он направил Луция в сторону выхода. По пути он также пригласил жестом Валлерстайна.

— А-а-а-а! – раздался громкий крик Форуха. – Будь ты проклят, Валлерстайн! Ты отнял у меня сестру, а теперь отнял и сына! Луций, держись подальше от этого змея! Он погубит и тебя…

Всё это он сказал на языке демонов. Луций и Валлерстайн не оборачивались. В очередной раз Луций почувствовал себя идиотом. Ему захотелось провалиться под землю, вернуться в Пандемоний, на поле битвы.

Последнее, на что он бросил свой взгляд, прежде чем выйти из зала, было знамя с гордым девизом «Несмертный».

Ахимас, Винсент и Кендзо стояли на носу корабля, облокотившись на перила. Ночью на море было холодно, но в этих широтах всё равно было теплее, чем в Городе зимой.

Их корабль сейчас должен будет пройти через пролив, и они наблюдали за поднятыми через него мостами и огнями города, раскинувшегося по обе стороны. Точнее, на два города. Когда-то давно этот город был единым и за него проливалось очень много крови на протяжении многих веков. По обе стороны пролива на берегах стояли пушки, направленные на противоположный берег. Мост был заминирован обеими сторонами. Сейчас был мир, но стороны были всегда готовы к войне.

Этот город был особенным. Он соединял два моря и два континента. Контроль за этим городом был самой важной задачей в масштабе всего региона. Роксолана владела лишь клочком земли на своей половине – территорией, оторванной от границ, соединяемой лишь морем. Когда-то пролив запирал это море, но сейчас, в силу насильного изменения географии, между этим морем и соседним появился еще один пролив, объединив их в одно, создав естественную границу на юге Роксоланы по воде.

Изменилось время, изменилась география, изменилась страна, изменился даже народ, населяющий эту страну, но неизменными остались интересы.

Южным соседом Роксоланы было государство, расположенное преимущественно на пустынных территориях, не все из которых удалось озеленить. Его жители ревностно хранили свой уклад и свои традиции.

Их корабль же держал путь еще южнее, к государству более богатому и терпеливому, хоть и не менее сильному.

— Ни разу в жизни не выезжал дальше ближних предместий Города, и в первый же раз отправился куда-то на край света, – сказал Винсент.

— Хах, это еще не край света, – ответил Кендзо. И правда, его родина была на самом дальнем Востоке.

— Скучаешь по родине?

— По семье. По дому. По родине – нет.

— А ты, Ахимас, тоже впервые за границей?

— Не-а.

— Я думал, ты на коротком поводке.

— Как видишь, сюда меня отпустили.

— Где был в прошлый раз?

— Тоже в пустыне, можно сказать. Недалеко отсюда.

Анны не было с ними – она всё же забралась повыше, чтобы тоже посмотреть на открывшийся пейзаж. Полковник тоже плыл на судне, но он остался внутри корабля.

Они уже миновали второй мост, и их взору открылся древний собор. Он сильно пострадал в войнах, и реконструкция навсегда лишила его исторического облика, добавив к камню металл.

Судно, что везло их к пункту назначения, было торговым, и они добирались не совсем легально. Даже сейчас можно было скрыться от всевидящего электронного ока, если путешествовать по воде.