Книга Слёзы Цернунна, страница 2 – Ален Т. Пюиссегюр

Ксантос резко захлопнул гримуар, лежавший на рабочем столе. В облаке пыли древние свитки с шуршанием разлетелись и упали, подобно осенним листьям.

— Долгие расспросы ни к чему не привели, – подвёл итог тигр, не снимая тяжёлой лапы с фолианта. – Однако я уверен: никто из преподавателей, учащихся и автоматонов не помогал рукокрылому проникнуть в замок.

По его полосатой шкуре от пламени свечей в канделябре скользили синеватые блики. Эти же синие отблески расцвечивали чёрный мех пантеры Иллены и бесшёрстные бока сфинкса Говарда, сидевшего напротив. Опечаленные и мрачные магистры ордена Благого Знания, несмотря на сумрак, поняли друг друга без слов, лишь переглянулись. Глаза с расширенными зрачками светились в поглотившей переполненные полки книгохранилища темноте. Тишину нарушало лишь тиканье магической астролябии, но и она, казалось, едва слышно шептала.

— И всё-таки он бы один не справился, – размышляла вслух Иллена. – Все порталы в Иномирье запечатаны и уничтожены много веков назад. Несомненно, кто-то на континенте постарался и создал новый.

— Кто-то из наших, кошачьих, – отозвался тигр. – Существа других видов не обладают достаточной магической силой, чтобы построить мост между мирами.

— Только ненормальный способен призвать сюда рукокрылых, хуже того, развязать войну! Зачем разрушать Каслкотц?

— Пока мы этого не знаем. И, возможно, не узнаем никогда, – в голосе Говарда слышалось раздражение, хотя ни один мускул и ни один ус не дрогнул. – В подземелье замка, под нашими лапами, в разрушенном святилище древних предков энергетические потоки первозданного хаоса образуют узлы. Вероятно, они и привлекли рукокрылое. Скорее всего, чудовище хотело отомстить, ведь Каслкотц, как вам известно, сыграл решающую роль в изгнании его сородичей. В любом случае мы были преступно слепы и легкомысленны всю первую четверть!

— Ты неустанно нас коришь! Уже неделю напролёт, – вздохнул Ксантос.

— Буду корить и дальше. Мы ведь не кто-нибудь, мы, как-никак, магистры ордена Благого Знания! А мудрецов и ясновидящих нельзя застать врасплох. Как же мы не догадались, что за тварь рыщет по коридорам?

— А как бы мы догадались, скажи на милость? – возмутилась пантера. – Разве ты не помнишь, сколько сил мы потратили, выясняя, что творится в замке?

— Недостаточно!

Иллена выразительно посмотрела на него, но на этот раз промолчала.

Говард считал «недостаточными» любые усилия. Однако в его жёстких словах и осуждающем тоне не было высокомерия. Ни грамма личной неприязни. Все знали о его непреклонности и суровости, однако требовательнее всего сфинкс относился к самому себе.

— В поисках источника злотворной магии мы облазили весь замок, от подземелья до чердака, – перечислила пантера. – Ксантос вызвал демона Аодана и выведал у него всё что мог. Я повсюду наложила заклятья, распознающие ложь. Ты сам обращался к авгурам Коннахта. Напрасно! С такими скудными сведениями мы были не в состоянии предотвратить беду.

Глава ордена с досады зашипел. Испорченный праздник, по его мнению, подрывал авторитет школы, умалял величие замка Каслкотц, иными словами, стал позором, очевидным для всех, проявлением слабости. Его слабости и невежества в первую очередь, ведь из них троих он был самым старшим, самым могущественным и мудрым.