Книга Башмаки на флагах, страница 170 – Борис Конофальский

Он не закончил, все и так понимали, что будет тогда.

— И что же нам делать? – с опаской поинтересовался Рене.

Волков не успел закончить, как раз прибежал инженер Шуберт.

— Дозволите сказать, полковник?

— Прошу вас, господин инженер.

— У меня осталось сто восемнадцать человек. Остальные, – он развел руками, – сбежали.

— Прекрасно, – кивнул полковник, – они нам будут кстати. Мы думаем ставить лагерь. В темноте это, конечно, непросто, но я думаю, вы справитесь, инженер.

— Сейчас? – переспросил Шуберт.

— Да, друг мой, именно сейчас, нам требуются частокол и ров, и нужны они нам до рассвета, – твердо подтвердил кавалер, – пока мужики не начали атаку.

Все молчали, кроме Рене, он опять раздражал Волкова, так как почти срывающимся голосом закричал:

— Лагерь? Здесь?

— А что вам не нравится, капитан? Справа от дороги глубокий овраг, слева крутой берег, поросший лесом, перегородите дорогу с запада частоколом, окопайте его, а на входе поставьте рогатки, вот вам уже и хорошая позиция. Кстати, – Волков продолжал злиться на Рене, – назначаю вас комендантом лагеря.

— Как вам будет угодно, господин полковник, – растерянно отвечал капитан.

— Это рискованное решение, – заметил Брюнхвальд.

— Да, рискованное, но по-другому обоз мне не сохранить точно. Вас, капитан-лейтенант, и вас, капитан Роха, я прошу срочно быть у лекарей, а после немедленно ехать в Бад-Тельц. Прошу вас как можно быстрее поправлять здоровье и возвращаться в часть, – сказал Волков, хотя сам не до конца верил, что к тому времени, как офицеры поправятся, его часть все еще будет существовать. – Господа, отправляйтесь немедленно.

— Да, конечно, – отвечал Брюнхвальд.

— Слушай, Фолькоф, – забыв про всякую субординацию, начал спьяну фамильярничать Роха, – может, мне с тобой остаться?

Это было грубо, но Волкову понравилось, что этот колченогий наглец не хочет его бросать.

— От тебя раненого толку будет немного, к врачу езжай, к монаху, как он тебя подлатает, так и вернешься. Это приказ.

— Ясно. Ладно, еще немного выпью и поеду болт из ноги доставать да дыры штопать, ты тут продержись без меня пару дней, – сказал капитан Роха.

Волков подошел и молча подал ему руку. Рукопожатие старых солдат было крепким. Также он подал руку и Брюнхвальду.

И как только раненых офицеров унесли к лекарям, кавалер распорядился:

— Кашевары, носите воду, разжигайте костры, готовьте еду на тысячу человек! Возницы, лошадей распрягайте, поите, кормите. Мы ставим лагерь. Гренер!

— Да, полковник.

— Вашим всадникам спать тоже не придется. Часть, десять человек с самым опытным сержантом, отправьте в дозор на дорогу и к бродам. Я не хочу, чтобы хамы появились тут внезапно. Остальные вместе с вами встанут на дороге с востока. Сейчас людишки побегут, дезертиров будет много, по дороге, по оврагу побегут, по реке поплывут, всё к Бад-Тельцу. Ловите мерзавцев и волоките сюда.

— Как прикажете, я все исполню, господин полковник, – отвечал молодой кавалерист, в голосе его чувствовалось желание реабилитироваться за недосмотр у бродов.

Волков был в нем уверен.

— Вилли.

— Да, господин полковник, – отозвался молодой офицер.

— Двадцать человек, самых бодрых, ко мне, я попытаюсь найти Бертье в том лесу у реки. Еще организуйте пикеты у реки под нами, у первого брода, на дорогу и у оврага пикеты с сержантами по десять человек поставьте.