Книга Башмаки на флагах, страница 131 – Борис Конофальский

Кавалер и его люди остановились у коновязи. Максимилиан тоже спешился и пошел за сеньором.

Людей тут оказалось, конечно, меньше, чем у убогой кельи казначея архиепископа, но все же толпились купчишки, всякие писари, приказчики, прочий подобный люд. В дорого убранной, с гобеленами, с подсвечниками и хорошей мебелью, приемной было несколько посетителей, они терпеливо ждали, рассевшись на лавках у стен и разглядывая гобелены с охотами и битвами. А молодой секретарь в черной одежде по последней моде и с большим кружевным воротником стоял за резным пюпитром из красного дерева и пролистывал толстую книгу, делая в ней заметки. На кавалера юноша бросил короткий взгляд и, видно, не сочтя его фигурой значимой, снова уткнулся в книгу.

— Любезный друг мой, – давно отвыкший от такого пренебрежения Волков решил все-таки быть вежливым, – сообщите штатгальтеру, что имперский полковник, кавалер Иероним Фолькоф фон Эшбахт желает его видеть.

На сей раз взгляд секретаря длился чуть дольше, а потом он пером обвел присутствующих людей и ответил:

— Сии господа также ожидают приема.

Волков еще раз осмотрел людей – купчишки.

— Я тут проездом, ждать не могу, а господам этим – им на войну не ехать. Прошу вас сообщить обо мне штатгальтеру немедля.

— По какому же делу вы добиваетесь встречи? – все так же лениво спрашивал секретарь.

— По делу обеспечения имперского векселя.

При этих словах купцы чуть-чуть оживились, стали смотреть на рыцаря внимательнее и прислушиваться к его словам. Судя по всему, они сидели здесь по такому же делу.

— Господин штатгальтер Краугер обедает, – все так же спокойно сообщил секретарь.

— Обедает? – Волков задумался на мгновение. – Некоторые еще не позавтракали, а штатгальтер обедать сел?

Молодой человек меланхолично пожал плечами.

— Краугер, Краугер, – повторял кавалер, пытаясь что-то вспомнить, – кажется, тут был другой штатгальтер.

— Господин Краугер занял сей пост только перед Рождеством, – пояснил секретарь.

— Что ж, надобно с ним познакомиться, – решил Волков и пошел к красивой резной двери.

— Господин! – Вот теперь лень и меланхолия слетели с секретаря. – Остановитесь! Господин штатгальтер не любит, когда его беспокоят. Браниться будет.

Он кинулся было к кавалеру, чтобы остановить его, но сам был бесцеремонно остановлен за свой красивый воротник. Максимилиан схватил секретаря крепко и без всяких слов вернул за пюпитр.

— Да как вы смеете? – вскрикнул секретарь от такой наглости.

На что последовал холодный ответ молодого знаменосца:

— Оскорбились? Может, желаете драться?

Драться секретарь совсем не собирался. Синий шелковый колет, черные свободные панталоны, черные дорогие чулки и туфли с серебряными пряжками, кружевной воротник искусной работы никак не способствовали всяким глупостям. Секретарь только поджал губы, выражая этим свое возмущение.

А Волков уже был в богатой комнате; там же за столом сидели трое по виду важных людей, которые с удивлением смотрели на него. На столе дорогое стекло, тарелки и блюда из серебра, а перед одним из господ отличный золотой кубок.

— Извините за вторжение, господа, – поклонился им кавалер, – мое имя Иероним Фолькоф фон Эшбахт, Рыцарь Божий и полковник его императорского величества. Я в городе проездом. Ждать не могу, поэтому и решился побеспокоить вас.