Книга Башмаки на флагах, страница 11 – Борис Конофальский

— Уж как получится. Но я по монастырю вам скажу, господин, что даже в монастыре, где есть непререкаемый авторитет аббатисы, бабьи склоки нескончаемы. А уж тут…

— Пресекай распри, мать, и следи, чтобы у моей жены все было в порядке.

— Молитесь, господин, – лишь отвечала монахиня.

Он и молился… когда не забывал.

Хотел приехать в Нойнсбург накануне совета, а прибыл ровно в нужный день. Крепкий то был городишко. Не Ланн, конечно, и не Вильбург, даже меньше Малена, но уж стены, глубокие рвы с водой, ворота, мосты и новомодные бастионы – все в нем было новое и крепкое, все говорило о том, что этот город готов увидать под своими стенами врагов. И это немудрено: еще день пути на северо-восток – и начинались земли еретических князей Экссонских, князей, что были богаче императора.

Хорошо, что совет оказался назначен на послеобеденное время. Волков надел самую дорогую свою шубу, дорогой колет глубокого синего цвета, берет черного бархата, серебряную цепь с гербом курфюрста Ребенрее, что тот ему жаловал за дело в Хоккенхайме. Перчатки черной замши и черные мягкие сапоги завершали его костюм. Так и приехал он к малому городскому замку на улице Жестянщиков, где и проходил совет.

— Как прикажете доложить о вас? – спросил их сержант-привратник.

Максимилиан уже хотел кричать: «Рыцарь Божий Иероним Фолькоф…» – и так далее по списку, но Волков остановил его жестом и сам сказал:

— Доложи, что приехал полковник Фолькоф.

И минуты не прошло, как ворота замка раскрылись. Кавалер со всеми своими офицерами въехал на небольшой двор, где из-за оседланных лошадей уже почти не было места. Прибывших тут же звали внутрь замка.

В большой приемной зале уже собралось не менее двадцати человек. Одного взгляда на них кавалеру хватило, чтобы понять, что это все люд военный. Волкова, Брюнхвальда, Роху и всех молодых господ из выезда, что были с ним, никто никому не представлял. Здесь все проходило по-военному, без церемоний. Просто когда они входили в залу, люди им молча кланялись и Волков с сопровождающими в ответ молча кланялись всем.

И тут послышался высокий, совсем не старческий голос, который кавалер сразу узнал. По паркету залы чуть шаркающей походкой шел высокий, худой, совсем седой старик. Волков помнил его высокий голос, который совершенно не изменился. Это и был маршал фон Бок. Старик сразу приблизился к кавалеру, остановился в паре шагов.

— Значит, вы и есть тот кавалер Фолькоф, которого мне так рекомендовали взять с собой?

Что-то было в этой фразе такое, что хоть и не сразу, но не понравилось Волкову. Кажется, старик подчеркивал, что он мог бы обойтись и без Волкова, но раз уж ему его навязали, то ладно, так и быть, возьмет.

Кавалер низко поклонился.

— Полковник Фолькоф к вашим услугам, господин маршал.

— Полковник? – спросил фон Бок, внимательно глядя на Волкова. – Георг, тебе говорили, что кавалер еще и полковник?

Георг фон Беренштайн. Ну конечно, вечный спутник и вечный заместитель фон Бока, как же без него. Он подошел вслед за маршалом и сказал:

— Нет, мне ничего не известно о звании кавалера.

Волков как будто знал, что такое может произойти, он полез к себе в шубу, достал оттуда великолепный полковничий патент и с поклоном передал его Беренштайну. Тот развернул, быстро прочел и показал его фон Боку.