Книга Графиня фон Мален, страница 142 – Борис Конофальский

— А сеньоров у меня два. Один – мирской мой сеньор, коему я приносил оммаж перед всем его рыцарством, то князь Карл Оттон Четвертый, герцог и курфюрст Ребенрее, а второй мой сеньор – то сеньор по вере, то наш любезный князь божий, его высокопреосвященство архиепископ, курфюрст Ланна и Фринланда. – Волков поднял палец вверх, показывая, кто его второй сеньор.

Все банкиры молчали, переглядываясь, и лишь Фабио Кальяри, старейший и мудрейший среди них, произнес негромко:

— Сие мудро. Мудро.

Потом купцы молчали, пока самый молодой из них не взял на себя смелость сказать:

— Верность своему благодетелю и сеньору – вещь очень важная, но не хотели бы вы, генерал, и о себе немного подумать?

— Все время о себе думаю, – отвечал Волков, – а вы про что, друг мой, говорите?

— Про то, что, может, вы не будете отдавать все серебро вашим сеньорам? Может, продадите его за хорошую цену? Вам после трудов ваших ведь не помешает некоторое вознаграждение, – вкрадчиво и без спешки предлагал Энрике Ренальди.

— Не помешает, не помешает, – соглашался кавалер. – А что же вы, друг мой, знаете таких людей, что купят серебро? Думал я, что серебро покупают те, у кого есть свои чеканные дворы. Люди с титулами. Или какие-то серебряных дел мастера.

— Можем и мы купить, – не выдержал Алесандро Кальяри.

— Вы? – Волков немного удивился. – Вот уж не думал. А почем же вы готовы купить, сеньор Алесандро?

— Ну, не знаю даже, – начал прикидывать банкир, он даже на небо поглядел, словно там были цифры для подсказки, и, опустив глаза, закинул первый крючок: – Пятнадцать золотых гульденов.

«Пятнадцать золотых гульденов? Прекрасно звучит. Послушаешь его и подумаешь, что гульдены бывают еще и медные. – Волков едва не усмехнулся. – Да, а эти волки позубастее тех, что ко мне из Рункеля приходили, те начинали с восемнадцати крон, притом что крона еще и тяжелее гульдена».

— Пятнадцать гульденов? – Волков откинулся на спинку стула и стал вытирать руки полотенцем.

Банкиры ждали его ответа, и опять Пьетро Ренальди не выдержал:

— Что, мало вам, генерал? Давайте дадим вам шестнадцать.

— Шестнадцать? – Волков посмотрел на него выразительно и ответил: – Пришли ко мне купцы из города Рункеля – я вам рассказывал, что его разграбили ландскнехты, – так вот, они предложили двадцать четыре с половиной кроны за пуд.

— Двадцать четыре с половиной кроны? – переспросил Фабио Кальяри.

— Именно так, – подтвердил кавалер.

Алесандро Кальяри склонился к деду, стал ему что-то шептать на ухо. А Пьетро Ренальди в упор смотрел на Волкова уже как на противника.

К старому банкиру подошел слуга, стал ему на ухо что-то говорить, наверное, спрашивать про следующую перемену блюд, а тот раздраженно махнул ему рукой, мол, убирайся.

«Кажется, наелись банкиры». А Волков как ни в чем не бывало поглядывал на банкиров, из последних сил догрызая крыло вкуснейшего вальдшнепа.

А старый банкир, выслушав молодого и покивав головой, произнес:

— Мы готовы вам дать двадцать пять гульденов за пуд. Но если вы продадите нам не менее ста пудов.

— А двадцать четыре с половиной кроны – это в гульденах… – Волков сделал вид, что считает, хотя давно уже подсчитал.

— Хорошо, мы дадим вам двадцать шесть! – выпалил Пьетро Ренальди. – Но вы нам отдадите сто пудов.