Книга Графиня фон Мален, страница 134 – Борис Конофальский

«Ах, как они проворны и настойчивы, эти банкиры, когда чувствуют поживу. И не отмахнешься от них».

— Нет-нет, сие излишне, я буду у вас к ужину.

— Не смею больше отвлекать вас от завтрака. – Молодой человек поклонился. – Я и главы нашего дома с нетерпением ждем встречи с вами.

— Не могла его не пустить, – как бы оправдываясь, сказала Агнес. – Неудобно было отказывать.

Волков, садясь за стол, махнул рукой: ничего страшного, попробуй им откажи.

— Сильнейшие люди Ланна и Фринланда. У них курфюрст в должниках ходит. Я и сам думал с ними встречаться, но позже. Ну, что там у тебя на завтрак?

Аббат Илларион, казначей его высокопреосвященства, сам вел какую-то службу, когда один из монахов подошел и что-то шепнул ему на ухо. Брат Илларион поручил ему продолжить, а сам поспешил прочь с амвона и вовсе покинул молельную, чтобы в маленьком монастырском саду обнять Волкова.

— Друг мой, как я рад вас видеть! Как живы-здоровы?

— Жив и уже поправил здоровье, – говорил генерал, отвечая на объятия аббата.

— Ранены были? – искренне взволновался монах. – Рассказывали, что ваш полк крепко били.

Они пошли по саду вдоль стены, что окружала монастырь. Летнее утро, все вокруг цвело, генерал рассказывал:

— Били, мужичье весьма хитро было, и командир их железнорукий, судя по всему, колдун, но ранен я не был и с молитвами и именем Господа на устах колдуна одолел, ран не получив, но заболел после. А откуда вам известно про дела мои?

— О! После ваших неудач и неудач фон Бока в городе появилась масса людей, что стали рассказывать о вас. Всякие беглые солдаты.

— Арбалетчики-ламбрийцы?

— И они тоже, и многие, кроме них, а у нас для того есть целая служба, чтобы всякие слухи слушать и наверх докладывать, – рассказывал аббат.

«Уж мне-то можете о том не говорить».

— А еще что обо мне тут говорят?

— Ну, говорят, что генерал ваш уехал советоваться к раненому маршалу, а вы в его отсутствие подбили других офицеров на бой, в котором мужиков и побили, хотя все для того сделал тот самый генерал, кажется, его звали фон Беренштайн.

— Именно так его и звали, – согласился Волков, с улыбкой слушая рассказ брата Иллариона.

И монах продолжал:

— А когда он вернулся, вы победу присвоили себе, а его, подбив на то своих офицеров и чтобы не делиться богатой добычей, от войска погнали. А после сами себя произвели в генералы.

— Прекрасная история! – воскликнул Волков. – Слава богу, я храню приказ того самого генерала фон Беренштайна, в котором он пишет, что отбывает из войска по нездоровью и приказывает мне войско и обоз вести в Бад-Тельц.

— То уже не важно, друг мой, совсем не важно. Важно, что это вы победили взбесившихся еретиков, для архиепископа и императора победитель – вы. А победителя, как известно, не судят.

— Думаете, и император знает обо мне? – спросил Волков.

— Уверен в том.

Осознание того, что о нем известно самому императору, приятно трогало душу. Волков некоторое время шел, молча думая о том. Пока аббат не спросил его:

— Но вас, кажется, волнует что-то еще?

— Дело у меня все то же, – начал Волков, – мне предстоит война с кантоном, силы на то собираю, готовлюсь, как и просил архиепископ, но герцог и граф мне козни строят, герцог издал эдикт, чтобы мне и всем моим людям город Мален в гостеприимстве отказывал и дел никаких не вел.