Книга Божьим промыслом, страница 128 – Борис Конофальский

— Вы ведь, кажется, бывали в Фёренбурге, барон?

Он ответил не сразу, его немного удивило то, что курфюрст знает о его делах, вернее, помнит о них.

— Да, Ваше Высочество. Я бывал в Фёренбурге прежде. Но тогда город был пуст, и оставшихся безбожников там было немного – и их можно было убивать сколько душе угодно.

— К сожалению, сейчас всё иначе, – заметил герцог.

— Сейчас везде всё иначе, даже у нас на юге.

— У вас на юге?

— Даже к нам на юг пробирается ересь.

— Вот как? – эти слова генерала не оставили принца безучастным. – Прошу вас, барон, поясните.

— Кантоны, – начал генерал. – Всё это вытекает из безбожных кантонов. Мален и другие ваши южные графства через реку граничат с теми землями. Последнее время многие молодые господа стали жениться на безродных, но богатых девицах из кантонов, стали часто ездить за реку к новым родственникам; слава Богу, епископ маленский не смотрит на это сквозь пальцы, он строг и внимателен и не позволяет еретичке выйти замуж за боголюбивого человека, пока она сама не отринет от себя отцовскую ересь.

— И что же? – поинтересовался обер-прокурор. – Неужто упрямые в ереси безбожники отдают своих дочерей за наших истинно верующих людей?

— То холопское тщеславие, – объяснил Волков. – Они готовы породниться с верующим человеком, если он благородного происхождения.

— А не вы ли подали тому пример? – едко заметил епископ. – Кажется, ваш племянник женат на знатной женщине из соседнего кантона.

— Тот брак был надобен для заключения мира на границе владений Его Высочества. Он был вынужденной необходимостью, – спокойно отвечал барон.

— Значит, ересь проникает к нам и с юга? – кажется, этот вопрос всерьёз заинтересовал герцога.

— К сожалению, – весь этот разговор Волков затеял неслучайно. Он собирался закончить его одной мыслью, которая хоть как-то, хоть немного, но могла укрепить позиции канцлера Фезенклевера. – Наш юг беднее северных и восточных земель Ребенрее, кантоны еретиков набирают всё больший вес в нашей торговле, и вообще мы почти оторваны от Вильбурга и мало представлены при дворе.

У него хватило ума и тонкости, чтобы не сказать, что юг представлен всего лишь одним человеком: канцлером Фезенклевером. Но не зря барон фон Реддернауф считал Карла Оттона умным человеком, и слова генерала не прошли мимо ушей принца. Он слушал внимательно; конечно, он всё запоминал и всё обдумывал. Но сейчас нужно было решать другой вопрос, и герцог снова вернулся к еретикам Фёренбурга:

— Дорогой барон, положение на вашем юге, надеюсь, ещё терпит, а вот на севере… – принц сделал значимую паузу. – И с Фёренбургом нужно что-то решать. В случае отпадения этого города от нас мы не только потеряем всю торговлю на Эрзе, но и все наши земли севернее реки перейдут под власть еретиков, так как сеньоры севера связаны с Нижними Землями торговлей и уже вполне пропитались еретическими идеями.

И тут Волков почувствовал себя зверем, которого загнали в ловушку: «Принц будет вас просить об услуге. Постарайтесь не отказываться сразу, подумайте сначала». И он, уже понимая, о чём будет просить его принц, не перебивал своего сеньора, ждал, пока он выскажется. И тот так и поступил:

— Вы окажете мне большую услугу, барон, если возьмётесь за это предприятие. Если возглавите отряд и отправитесь в Фёренбург.