Книга Божьим промыслом, страница 12 – Борис Конофальский

— А, барон, входите, входите. Вот, садитесь сюда, подле меня. К огню. Поближе.

А барон, прежде чем сесть, с поклоном передал маршалу бумагу, в которой были точно указаны все приведённые им силы.

Маршал даже не взглянул в бумагу, бросил её на стол и крикнул лакеям, что были у палатки: – Эй, лентяи, несите генералу горячего вина с мёдом и корицей!

И пока слуги приносили Волкову вина, цу Коппенхаузен сразу перешёл к делу:

— Места в лагере для ваших людей нет, болван Видльгоф, по моему недосмотру, расположил лагерь тут, у дороги, сославшись на то, что у реки слишком топкая почва. И тут ещё вчера были выпиты все колодцы, нужники не выкопаны, лошадей мы, конечно, водим к реке, но ленивые солдаты до реки ходить не хотят, черпают воду из луж. А вчера ещё приехал ваш артиллерист… Майор… Не помню, как его звать.

— Майор Пруфф, – напомнил ему Волков.

— Именно, именно Пруфф… Он задирист, ваш старик. Потребовал от коменданта место для своих людей и пушек… И лошадей.

Барон согласно кивнул и улыбнулся: да, он такой.

— А Видльгоф, – продолжал маршал, – неправильно рассчитал место под лагерь; в общем, людей его мы приютили, а пушкам и лошадям тут места нет. Они за рвом.

— То есть и моим людям в лагере места не найдётся? – Волков начинал понимать, к чему клонит цу Коппенхаузен. Такое иной раз случалось, последним прибывшим отрядам в небольшом лагере за частоколом и рвом места могло и не хватить.

— У нас свободных палаток на пятьсот человек, но ни подвод, ни лошадей мы в лагерь уже не втиснем, – говорил маршал.

— Тогда мне придётся разбить свой лагерь, – уже догадывался барон фон Рабенбург.

— О том и хотел я вас просить, – продолжал цу Коппенхаузен. – Тем более, что в постановке лагерей вы толк знаете, уж вы не чета Видльгофу. Прошу вас поставить лагерь… – кажется, маршал задумался, – севернее села. Место выберете сами.

— Севернее? Как вам будет угодно, господин маршал.

— Мерзавцы сейчас в трёх днях пути отсюда, дороги плохи, может, за три дня и не дойдут. Вы же сможете поставить лагерь за три дня, барон?

— Разумеется, – Волков допил своё вкусное вино и встал, – хочу приступить немедля к поиску хорошего места.

Маршал тоже встал.

— Пятьсот солдат можете оставить тут, а я вам для ускорения работ дам сто тридцать сапёров, – предложил он.

— Благодарю вас, господин маршал, – Волков поклонился, – сапёры будут очень кстати.

Он вышел из шатра и сразу заговорил со своими офицерами:

— Господа, нам придётся ставить свой лагерь. Маршал даст нам палаток в этом лагере всего на пять сотен людей.

— Очень жаль, – заметил майор Дорфус. – Люди еле волокут ноги.

— Да-да, – генерал не по-доброму на него взглянул. – Все промокли, им бы поесть и отдохнуть, в тепле да с пивом. Но не получится. Может, это даже и к лучшему.

— Почему? – удивился Рене.

— Потому что в лагере бардак, колодцы в селе выпиты, воду от реки не привозят, люди пьют из луж. Нужники не выкопаны, хотя сапёры есть, – размышлял генерал. – Карл, – он повернулся к Брюнхвальду, – отберите пять сотен людей, они останутся тут, посмотрите, что за места и что за палатки им отведены, проследите, чтобы их сегодня же накормили, и скажите офицерам, чтобы настрого запретили своим людям пить из луж. И когда пойдёте за нами, захватите сапёров, маршал пообещал нам сапёров сто тридцать человек.