Книга Божьим промыслом. Кинжалы и вексели, страница 153 – Борис Конофальский

«Экономит подлец!».

После он вызвал к себе и коннетабля, и старосту, и управляющего. Отчитывал первого, говорил с другими о делах. О ремонте дорог, о постройке новых амбаров, о скупке у крестьян зерна. И снова всем его людям требовались деньги. Ну, Сычу — понятно, ему всегда надобно серебро, он пару причин всегда для того придумает; нужны были деньги и Ёгану: оказалось, что сначала правильно не посчитали, а уже первые дожди стали размывать овраги, и что нужно купить больше леса на мостки.

— Брюкмаер просит ещё талеров шестьдесят, — говорил Ёган.

А Кахельбаум всё всегда обосновывал будущей выгодой:

— Скота много за год мужички подняли, и свиней, и коров вырастили, коз много… Овечки есть. В общем, год на приплод был хороший.

— Козы особенно много получилось, — подтверждает староста слова управляющего. И объясняет это явление: — Ей же выпас-то не нужен, как корове, она и на глине под кустами найдёт что поесть.

— Это прекрасно, — говорит барон.

— А вот с кормами на зиму у людей не очень… Луга-то уже в июле выгорели. Накосили немного… Да и то я у них треть забрал на ваши нужды. В общем… резать будут. Всю скотину им до весны не прокормить. А всё мясо мужику не съесть… — продолжает управляющий свою мысль.

— Деньги нужны? — догадывается барон.

— Да, выкупим у людей и мяса, и сала, я уже приглядел избу одну тут, на выезде, там поставлю стол для разделки, печь поправлю… Думаю, что и сала заготовим, и солонины, и жира натопим… Нужны бочки. Соль… Всего денег надобно будет не так чтобы много… Думаю, талеров тридцать для начала… В общем, хочу посмотреть, что выйдет…

Сало, солонина, жир всегда были в большой цене. Солдат одним горохом и бобами не прокормишь в походе. Уж ему ли о том не знать.

«Да, на это всегда есть спрос».

— Я узнал цены на солонину, купчишки с Нижних земель заберут всё, сколько ни дай, прямо у нас в Амбарах скупают, так семнадцать монет за десятивёдерную бочку дают… — продолжает Кахельбаум. — И жир, и сало по хорошей цене забирают.

— Воевать, что ли, собираются с кем? — предполагает Сыч. — Сволочь еретическая, никак опять на нас пойдут?

— Да нет… Говорят, то еда на корабли, а кораблей там у них много, и купчишки говорят, что плавают они всё больше и всё дальше, опять же воюют на море, моряков на тех кораблях много, вот и берут они у нас солонину и сало, цены нам поднимают, — разъясняет ситуацию Кахельбаум.

— Вот негодяи, — говорит генерал; он удивляется росту цен на такую нужную на войне вещь. Он не помнит точно, то лучше спрашивать у Брюнхвальда, но, кажется, в последний раз они закупали солонину на три талера дешевле названной цены. Но в общем ему нравится задумка его управляющего. — Ладно, заводите дело. Оно, может, и мне пригодится… Думаю, что лишним не будет.

— У меня осталось немного денег, — продолжает управляющий, — из тех, что вы на выкуп зерна выдали, но я знаю, что мужик ещё не всё зерно продал. Самый хитрый ещё ждёт хорошей цены, и я те деньги для этого берегу.

— Тридцать талеров? — уточняет Волков. Это совсем не большие деньги, а дело может и вправду оказаться выгодным.

— Да, господин барон, но то для начала, лишь попробовать, хочу купить десяток бочек и кое-что для работы. Если дело развернётся, то дальше само себя будет кормить.