Книга Во сне и наяву, страница 172 – Борис Конофальский

И к месту всплеска потянулось еще одно животное, изгибаясь при движении всем телом, круглая бугристая голова и пилообразный хвост были видны на поверхности.

«Мамочки! Да он метра три, не меньше!»

Девочка не стала дожидаться, пока под трубой соберется этих крокодилов побольше, и, стараясь не терять равновесия, пошла на другую сторону. Благо труба была и сухой, и широкой. А за Светой, словно ждали приглашения, побежали крысы, целая стая, штук десять. Кажется, крокодилы смотрели на них из жижи.

— А что там горит? – спросила она у Любопытного, глядя на юго-восток.

— Не знаю, – ответил тот. – Я тут впервые, сейчас пойдем и посмотрим.

Местность от реки и дальше была исковерканной, ухабы на сером и коричневом грунте, повсюду куски бетона и арматуры, и до самого темного облака – черные колючки среди небольших пятен серебряного мха. Особо тут не разбежишься, и девочка пошла быстрым шагом.

Она недолго шла, пока не услышала низкое и глубокое шипение.

— Лю, вы еще не рассмотрели, что там?

— Пытаюсь, но пока не могу разобрать.

Она стала вглядываться в большие клубы дыма, но, судя по всему, он был еще далеко, запаха гари она не чувствовала. Зато все отчетливее ощущался другой запах. Однажды она в магазине «Лента» купила уцененную курицу в герметичной упаковке, радовалась, что купила ее за полцены, а когда пришла домой и распаковала птицу, в нос ударил сильный запах тухлятины. Вот и тут воняло так же. Тухлятина и все усиливающееся шипение. И еще мухи… Огромные, как цикады, красноглазые мухи докучали все больше и больше. Их тут было немало. Светлана прямо на лету сбила одну из этих уродин, что пыталась присесть на лицо, а Лю в это время и говорит:

— Облака впереди – это насекомые.

— Насекомые? – Девочка даже остановилась. – Это они шипят?

— Да, этот шум издают они, их там очень много. Но я видел среди них и нужного нам жука.

— Офигеть!

Но ей нужно идти дальше. Светлана застегнула замок куртки до конца, подняла воротник, натянула капюшон, затянула на нем шнурки. Хорошо, что куртка была чуть велика, она легко смогла спрятать руки в рукава. Открытыми остались лишь нос и глаза. Хорошо упаковалась. Так лучше. И только после этого она пошла дальше.

Мух становилось очень много. Когда девочка сделала еще пять сотен шагов, мух в воздухе стало столько, что ничего другого, кроме их отвратного жужжания, не было слышно. Каждый раз, когда Света взмахивала палкой, она обязательно сбивала одну или двух мух. Так и шла девочка по колдобинам, отмахиваясь от мух, оглохнув от их жужжания и стараясь не дышать носом, так как вонь усиливалась с каждым шагом.

Вихри. Сначала она подумала, что это столб перед ней. Столб, уходивший в небо и шевелящийся, все время меняющий форму. Света уже ничему не удивлялась, просто шла дальше, а когда подошла ближе, поняла, что это никакой не столб, а огромное количество мух, медленно кружащихся вместе в одном направлении. А потом она вдруг поняла, что… мухи были, кажется, мертвы, они просто плавно крутились в медленном вихре, как чаинки в стакане с раскрученным ложкой чаем.

Девочка остановилась, а Любопытный сказал:

— Отнеситесь к этому явлению с максимальным вниманием. Мне кажется, это не завихрения краев воздушных масс, рискну предположить, что это какая-то гравитационная аномалия. Мне она представляется очень интересной, но для вас может быть опасна.