Книга Охотник, страница 171 – Борис Конофальский

«Интересно, он может бегать? А как далеко он способен бросать эту свою дрянь?»

Светлана ждала его, крепко взяв палку двумя руками. Девочка ждала, ей нужно было проскочить мимо него, чтобы отправиться к Московскому проспекту. Или обегать его через развалины, тянувшиеся вдоль улицы, но в развалины без Любопытного девочке лезть очень не хотелось. Там бегать опасно, мало ли кто мог там прятаться, да еще и ногу можно повредить ненароком; нет, она все сделает тут, на открытом месте.

Света продолжала ждать, глядя, как он приближается.

«Господи, какой же он большой! И сильный!»

Ее сердце бешено колотилось. Девочке приходилось прилагать усилия, чтобы не броситься бежать прямо сейчас. Она понимала, что ей нужно подпустить его поближе, тогда и обежать его будет легче. Он медленный, он хромает. Главное, главное, главное – следить за этой его тварью, не пропустить броска. Светлана вспомнила, как когти этой твари царапали асфальт: мурашки по спине.

Наконец она дождалась того момента, когда силач стянул с плеча эту тряпку и потряхивал ее, приближаясь к девочке. Все. Светлана сделала несколько шагов вперед и вправо, к нему навстречу, потом несколько шагов вперед и влево, и снова вправо, она ждала, пока одноглазый кинет в нее эту тварь, а он не дурак, просто продолжал идти навстречу. Когда между ними оставалось метров пятьдесят, Светлана сделала еще пару шагов вправо и потом рывок влево. В это время силач сразу кинул когтистую тварь, хорошо, что Света это видела. Девочка отреагировала быстро; хоть когтистый фрисби летел точно, она почти без труда увернулась от него, пробежала вперед и, зная, что эта гадость вернется, не отрывала от нее взгляда. И когда та, сделав в воздухе петлю, развернулась, Светлана снова изменила направление. Когтистая тварь, потеряв силу, упала на землю, силач, хромая, устремился Свете наперерез, но это была жалкая попытка. Девочка летела как на крыльях, ему ее никогда не догнать. Вдали, в конце улицы, возвышалась темная махина Дома Советов, она бросилась туда, оборачиваясь через каждые пятьдесят метров, чтобы знать, что там делает силач. Светлана все еще волновалась, сердце еще колотилось сильнее, чем нужно, но она была уже довольна собой: она победила.

Свете не составило труда добраться до Московского проспекта, она, правда, не решилась выйти к нему возле Дома Советов, а пробежала по улице Ленсовета и с нее свернула на Авиационную. У Московского Светлане пришлось остановиться. Девочка заметила большую многоножку – она такую уже видела, у которой был здорово разорван бок, а из него свисали, тащились по земле склизкие зеленые внутренности. Над ней орали мокрые птицы, кружились, быстро опускались, но тут же взмывали вверх, а за ней, нюхая влажный след на асфальте, бежали собаки.

Свете пришлось подождать, пока чудище уползет. Она стояла на углу и все время оборачивалась: вдруг силач появится? Но пока его не было. А когда дорога оказалась свободна, девочка снова побежала на север, в сторону жилища Сильвии и Жени.

Добравшись до места, девочка спустилась в нору. Тут по-прежнему неприятно пахло какой-то сладкой тухлятиной. Светлана осторожно подошла к пролому и заглянула в него. В пятне света никого не было, а вот в темном углу лежала большая угловатая куча. Света поняла: это был Женя. Входить она не хотела, слишком хорошо помнила ноги Анны-Луизы, торчащие из белого брюха Жени.