Книга Охотник, страница 119 – Борис Конофальский

— Можно обойти ее, – предложил Любопытный. – Но тогда преимущество высоты будет утеряно.

Девочка остановилась у самого подножия кучи. Ничего необычного, все тот же битый кирпич, гнилые доски с кривыми и ржавыми гвоздями, обломки оконных рам и серые куски стекла. И все это поросло репьем и лопухом с редкими пучками какой-то неизвестной колючей растительности. Ничего необычного, Света уже не раз взбиралась на подобные горы. Хорошо, что она не взяла с собой подруг, а для нее с ее-то крепкими ботинками… Ничего необычного…

— Я пойду через верх, – произнесла она и сделала первый шаг.

«Главное – не шуметь».

Она полезла вверх, хватаясь руками за мощные, почти как стволы у небольших деревьев, стебли репейника. И хоть склон тут и был крутой, Света быстро преодолела половину пути.

Девочка, казалось бы, должна была понять – по большому количеству многоножек и крупных мокриц – какая опасность могла ее подстерегать. Но Светлана была слишком поглощена старанием не производить шума и, главное… ожиданием непосредственной встречи с муходедом. Как ей с ним… воевать? Она лезла вверх и думала об этом.

Может быть, еще и из-за тумана, но скорее всего из-за этих мыслей девочка не заметила небольшую, совсем небольшую жабу, которая пряталась под лопухом справа от нее. А жаба, конечно, брызнула в нее своим ядом. Всего десяток капель долетело до девочки, да и попали они почти все на куртку, на плечо, на воротник, на капюшон. Всего две капли яда угодили на кожу: одна на шею, чуть ниже уха, а другая на щеку.

— Ай, тварь, – тихо, почти шепотом прошептала Света и вытерла брызги рукавом.

А потом, чтобы не дожидаться следующей струи, стала лупить палкой жабу, сталкивать ее вниз и приговаривать при этом:

— Тварь, тварь, тварь…

А тем временем щеку и особенно шею начинало жечь, Света быстро скинула рюкзак, достала последнюю бутылку с водой и омыла поврежденные места.

— Человек Светлана-Света, можно эти процедуры проделать после? Солнце уже поднялось на западе, скоро туман начнет рассеиваться, – поторапливал Любопытный.

— Иду, – буркнула Светлана, пряча бутылку в рюкзак.

— Поторопитесь.

Щеку и шею жгло, а она с раздражением думала о том, что вместо того, чтобы подгонять, лучше бы он предупредил о жабе.

Места поражения начинало жечь не на шутку, но голос, то ли не понимая этого, то ли пренебрегая, продолжал говорить ей:

— Человек Светлана-Света, поторопитесь, у симбиота начинают проявляться признаки активности.

Девочка лезла наверх, позабыв о том, что нужно все делать тихо и аккуратно. Уж и камень покатился вниз, палку едва не выронила из рук. Щеку с шеей жгло, и ей очень хотелось побыстрее закончить дело. Или… просто вернуться к себе в депошку и лечь на теплый пыльный пол. Лечь и лежать… На фиг этого муходеда, на самом деле ей так не хотелось его… даже видеть. Это все из-за подруг, из-за них она лезла сюда, из-за них у нее горела кожа на лице и шее. Ей очень хотелось вернуться… Плакать. Вот только этот бестолковый Лю, не понимая ее состояния, продолжал своим невозмутимым голосом:

— Прекрасно, теперь спускайтесь как можно тише, он как раз под вами, он еще не активен, у вас все получится.

Спускаться в таком тумане было даже тяжелее, чем подниматься в гору. И конечно, тут же из-под ее ботинка полетел небольшой камень. Но девочка даже не притормозила. А Лю продолжал так же бесстрастно: