Книга Охотник, страница 102 – Борис Конофальский

На этом умный разговор был закончен. Лю сообщил Светлане, что ему потребуется еще некоторое время на выявление своих новых возможностей. И это обрадовало девочку, она, в свою очередь, сказала, что если он ее не застанет тут, то пусть не волнуется. И тогда Любопытный насторожился.

— Вы проводите время с новым знакомым, которого обнаружили у насыпи?

Свете не хотелось ему врать, как, впрочем, и говорить о том, что она завела уже двух новых знакомых. Поэтому девочка просто кивнула:

— Да.

— Мне бы хотелось его увидеть; если вы собираетесь к нему сейчас, то я мог бы оставить свои планы и пойти с вами.

— Нет, Лю, нет, не надо… – Девочке почему-то не хотелось, чтобы Лю познакомился с ее подругами сейчас. – Лучше идите по своим делам, а завтра или послезавтра я отведу вас к ней.

— Человек Светлана-Света, хотелось бы напомнить вам то, о чем вы сами мне рассказывали.

— Это о чем? – не помнила Светлана.

— О том, что некоторые представители вашего вида могут использовать вас в своих целях, не считаясь с вашими интересами и даже с вашими потерями.

— А… Это я помню, – отвечала девочка.

— Потому прошу вас быть осмотрительной.

— Да, я буду осмотрительной.

— Или, быть может, мне лучше пойти с вами?

— Завтра, Лю. Завтра.

— Хорошо.

— Лю.

— Да, я вас слушаю, Светлана-Света.

— Аглаи поблизости нет?

— Нет. Я ее несколько дней уже не видел.

Чокнутой рядом нет. Хорошо. Да, вышло бы вообще прекрасно, если бы она пропала навсегда. Девочка подошла к выходу: палка, тесак, рюкзак – все с ней. Правда, хорошо, что Аглаи нет уже несколько дней. Может, Свете удастся уйти с Сильвией и Анной-Луизой в другой район, чтобы больше никогда, никогда уже не повстречаться с этой припадочной. Света открыла дверь.

Это происходило само собой. Ее никто этому не учил, просто, выходя из укрытия, она настораживалась, как будто вжимала голову в плечи, чуть сутулилась, пытаясь уменьшить свой рост, и даже непроизвольно пригибалась. После этого ненадолго замирала, стояла и прислушивалась. И вертела головой в разные стороны, смотрела и смотрела, вглядываясь во все, что видела. Ища взглядом что-нибудь необычное. Вот крысы, беззаботно снующие вдоль забора, ищущие еду, говорили о том, что поблизости нет ни собак, ни синих мальчиков. Мокрые птицы, как всегда, парочкой сидящие на умершем дереве и при этом не орущие до одури, – верный призрак отсутствия опасности. Марабу застыл у дороги, прикидывается столбом. Это привычная картина для тренированного глаза, их она уже не боялась, но все равно поворачиваться спиной к этим мерзким существам опасно. Медузы. Первый взгляд в небо, вверх, во все стороны. Не видно ли какой-нибудь перламутровой красотки поблизости. Даже если не видишь сразу, нужно иметь в виду, что они могут прятаться за развалинами. Нужно всегда смотреть по сторонам, так как приближаются они беззвучно. Но главные опасности, Светлана уже убедилась в этом, несли все-таки не животные. Люди, видоизмененные и приспособившиеся к Истокам люди. Даже одичавшие, те, которых Любопытный называл фероксами, типа муходеда, – даже они со своими кусачими мухами были опасны, а что уж говорить про супримов вроде свирепой Аглаи или толстой мамы Таи. Эти как раз и были самыми опасными существами, которые тут водились.