Книга Титан, страница 114 – Борис Конофальский

— Всё в порядке, — сразу сказала та, увидав девочку. — Все показатели в норме.

Света кивнула и закрыла дверь. Как протащить мимо маминой комнаты труп? И так, чтобы человек за дверью этого не услышал.

Светлана этого не знала. Но что было ещё хуже, уже скоро должен был вернуться папа. Он сказал — часа через четыре. Это значит, в двенадцатом часу. Если не через три. Он, кажется, говорил и про три часа. Света снова на цыпочках подбежала ко входной двери и чуть-чуть приоткрыла её. В парадной на сей раз было тихо. Она уже стала закрывать дверь, как услышала шум, голоса, и кто-то вызвал лифт. Кажется, это было где-то на последних этажах. Света вздохнула, времени оставалось всё меньше, нужно было решаться.

Света пробежала в комнату, закрыла дверь и, не включая света, встала у кровати на колени. Протянула руку и схватила труп за куртку. Потянула на себя и очень удивилась. Труп потащился из-под кровати с большим трудом. Ей пришлось сделать усилие, чтобы вытащить его. Фу, она перевела дух. Ну и что теперь? Тащить его по полу… Нафиса, конечно, услышит. И выйдет из маминой комнаты посмотреть, что там в коридоре происходит. А значит, Светлане лучше взвалить его на себя и пронести в прихожую. Девочка попыталась его приподнять… Она была удивлена, но труп, что называется, закостенел, он стал несгибаемым, как мешок с сахаром, который попал под воду, а потом высох. Ни руки, ни ноги, ни корпус трупа не хотели гнуться. Может быть, поэтому он теперь казался ей ещё тяжелее, чем был вчера. Тем не менее, Света не сдавалась. Она знала, что ей это по силам, и решила сначала затащить его на свою кровать, с ней было бы легче взгромоздить это негнущееся тело себе на спину. Сначала ноги, она закинула их на кровать, потом голова. Тут уже ей пришлось поднапрячься. Этот дохлый мужик был адски тяжёлый. Наконец она уложила его на кровать и расправила под ним одеяло. Это хорошо, что на руках, спине и груди у неё появились мышцы. Настоящие мышцы. Месяца два назад Света просто не смогла бы этого сделать. Она просто не смогла бы оторвать стокилограммовый труп от пола. А именно столько — ну, по её оценке, конечно, — и весил мертвец. Она взмокла, но смогла уложить его на кровать. Так, теперь осталось что-то придумать, чтобы взвалить его себе на спину. Она уже обдумывала, как это сделать, как дверь в мамину комнату открылась, и Нафиса, шаркая шлёпанцами, пошла на кухню готовить себе чай. Или какой-нибудь перекус. Света замерла. Ну как тут можно сделать дело, если и сиделка, и собака соседей, и всякие жильцы дома всё никак не успокоится. Девочке от бессилия даже захотелось заплакать. Она подбежала к двери комнаты и стала слушать, как на кухне суетится Нафиса. А ведь время уходило. Отец мог прийти в любую минуту. И тогда ей придётся сдаться и всё рассказать ему. И что он предпримет тогда? Позвонит в полицию и скажет: приезжайте, моя дочка любимая вчера прикончила какого-то типа, который уже вторые сутки лежит у нас дома под кроватью. Света поняла, что, скорее всего, так и будет. И эту ночь ей придётся провести в отделении полиции, повторяя несколько раз свою историю. А ей поверят? Может быть, зря она выкинула телефон этого мёртвого мужика? В общем, всё было плохо.

И тут её осенило. Это было озарение. Как говорится: ни с того, ни с сего у неё в голове возникла мысль. Мысль нереальная, невозможная в любых других условиях, но сейчас, когда ничего больше у неё не оставалось, она показалась девочке выполнимой. Вероятной.