Книга Безлицыш, страница 120 – Андрей Рымин

Ближе, ближе… Она давно меня слышит и видит свет моего фонаря. Но пока лишь его, что пугает беглянку. Огонёк впереди так и скачет вверх-вниз. Догоняю, кричу:

— Не пугайся! Это я, Эндор.

Остановилась, развернулась. Слава звёздам! Я прав — это Тиша. Теперь ясно, почему она не успела удрать далеко — собиралась в дорогу. Вместо форменной одежды служанки на ней простое серое тоху. На спине небольшой рюкзак. Длинные волосы девушки стянуты в хвост.

А ещё она плакала. В свете фонаря видны красные, растёртые кулаками глаза. И сейчас в них опять появляются слёзы.

— Тёмный⁈ — одновременно удивлённо и радостно воскликнула девушка. — Ты жив⁈

Быстрый рывок мне навстречу — и вот меня уже обнимают тонкие девичьи руки, а к груди прижимается опущенное вниз лицо Тиши.

— Спасибо! Спасибо! Ты спас меня! Спас! — скороговоркой лепечет беглянка, рыдая. — Но как? Тебя же собирались казнить?

— Я был против. Я сам казнил Сона.

— Но ведь он… Он бессмертный, — отшатнулась от меня девушка.

В уставившихся на меня круглых глазах страх смешался с надеждой.

— Бессмертных не бывает. Его оживила жемчужина, но это ему не поможет. Он скоро умрёт.

— Так вот почему… И я тоже умерла, да? Йоки рогатые… Значит, вот что ты мне… Я проглотила жемчужину!

— Да. Я не хотел, чтобы ты умерла вместе с Соном.

И снова она повисает на мне. И вновь на мою грудь текут слёзы.

— Мой принц! Мой спаситель! Я знала! Я верила!

— Тише, тише, — осторожно отстранил я её от себя. — Ты понравилась мне. И я знал, что, убив Сона, я тем самым убью и тебя. А я не убиваю невинных. Наместник был плохим человеком. Он заслуживал смерти. И как хорошо, что его дочь совершенно не похожа на отца. Обещаю: новый правитель провинции Джи будет добр к тебе.

— Госпожа Юль-Сон станет новым наместником? — округлились заплаканные глаза Тиши.

— Да, — улыбнулся я. — Её брат тоже мёртв. Я освободил госпожу Юль-Сон. Видишь свет? Это она к нам спешит.

— К нам? Зачем?

— В Сендае прокол.

— Знаю. Слышала гонг.

Взгляд и голос беглянки уже совершенно другие — в них твёрдость, решимость.

— Всё плохо. Кто-то взял фиолетовый Ключ. Что город, что дворец заполнены нечистью. Нам пришлось бежать.

К моему удивлению, дрожавшая только что девушка даже не вздрогнула.

— Это — кара Единого, — зло произнесла Тиша. — Поделом. Сколько лет… — закатила она глаза. — Сколько лет… Этот сладкий кошмар… Но теперь ты меня разбудил, и я, наконец-то, всё вижу таким, какое оно есть. Фиолетовый Ключ… И пусть нечисть их жрёт. Пусть. Я только сейчас поняла, как сильно я ненавижу этот проклятый город.

— Теперь он станет другим. Рыба гниёт с головы.

Девушка нервно смеётся.

— Ты силён, принц. Ты очень силён. Но ты здесь чужак.

Её скепсис понятен. Украденная из дома ребёнком, видевшая смерть своей семьи, провезённая через несколько поясов пленницей, прожившая столько лет здесь безвольной рабыней, и вот в один миг с глаз слетает пелена и она понимает, что была околдована. Жаль, что мне нельзя ей открыться. Стоит Вилорам привязать Тишу к Юль-Сон, как та сразу же обо всём расскажет своей новой хозяйке. А ведь Источника, пережившего смерть своего предыдущего господина, могут захотеть расспросить и сами Хранители.

— Она? — наконец, догнала нас запыхавшаяся Юль-Сон. — Так вот, кто открыл для нас вход. Я могла догадаться.