Книга Бездушиш, страница 16 – Андрей Рымин

Ну всё, хватит. Вылезаю на берег. Я по-прежнему гол, но хотя бы теперь уже чист. Сорвал лист лопуха, чтобы срамное место прикрыть — и обратно к поляне. Подкрался. Девчонки всё так же возятся с ягодами. Первоника встречается редко, но, если наткнулся на ягодник, точно будешь с хорошей добычей. Она хоть и мелкая, но её там ковёр — заманаешься собирать. Я-то знаю.

— Доброго дня, красавицы!

И, шагнув на поляну, помахал девкам правой рукой. Левая держит лопух. Всё, как я и думал. Встретили меня дружным визгом, но хоть не пустились бежать. Подскочив, сбились в кучку, подальше отпрянули и хлопают на меня глазьями.

— Голь бесстыжая! Срамота!

И внезапное:

— Бездушный! Бездушный!

А вот это уже было обидно. Я сразу нахмурился и, словно бы оправдываясь, пробурчал:

— Да я с речки. Купался и…

— Дура! — перебила и меня, и продолжавшую частить: «Бездушный! Бездушный!» подругу одна из девчонок, выглядевшая чуть постарше других. — Где ты слыхала про бездушных-парней? Те же взрослые дядьки всегда. Ты откуда тут взялся, охальник? И, где дел одёжу?

Всегда взрослые дядьки… Так вот оно что… Это, значит, Идущих они называют бездушными. И они нас боятся. Вон у мелкой, которая моей наготы испугалась, какая мордашка встревоженная. Ну уж нет, признаваться, что я как раз этот самый бездушный и есть, мне нельзя. В который уже раз мой юный возраст вводит людей в заблуждение. Надо пользоваться своим преимуществом. Буду снова брехать. Не впервой.

— Заблукал я. Который день уже по лесу брожу. А одёжа… Вы тут больше никого не видали? Обокрали меня, пока в речке купался.

Попал. Девки дружно принялись переглядываться.

— Сёмка! — охнула старшая.

— Этот мог, — закивала другая.

— Вот же гнус! — поддержала их третья.

— Не поймаешь уже, — подвела итог последняя из девах.

Неплохой вариант — надо брать. Потом вскроется, что пацан не причём, но и йок с ним. Искать настоящего вора уже будет поздно. Я насупился.

— Ох, и задам же я вашему Сёмке. Где живёт? Отведёте?

— Не задашь, — покачала головой старшая. — У него братьев тьма и батя бугай вдвое больше тебя. Ты откуда сам будешь? Из Овражни? Или аж из Кислёнок?

— Ага, из Кислёнок. Силки ходил ставить, и вот…

Я хотел было развести руки в стороны, но вовремя вспомнил, что одна из них держит лопух. Девки прыснули.

— Вот же горе-охотничек, — улыбнулась мне старшая из девчонок, стыдливо косясь на лопух. — Что, подруги, поможем гольцу? Не бросать же такого красавчика? Ещё зад отморозит.

И по поляне снова разнёсся звонкий девичий смех. Уже не боятся. Отлично! Мне бы только одеждой, обувкой разжиться, а дальше уж как-нибудь сам разберусь, что к чему. Этот пояс мне нравится. Надоело безлюдье.

— У меня брат старшой. Твой погодка как раз, — пряча взгляд, сообщила одна из девчонок. — Попрошу его — каких обносков подкинет. Отработаешь.

— А про Сёмку забудь, — влезла старшая. — Доказать — ничего не докажешь. Эта подлая погань ни в жизнь не сознается. Плакали твои вещички. Впредь будешь умнее. Тебя, как хоть звать?

Вопрос сложный. Не Китар я уж точно, а кто… Наши настоящие имена так прославились — в том числе и гахары их знают — что колдун для нас выдумал новые. Мы запомнили их, чтобы в случае чего потом можно было друг друга найти. Я вот должен быть теперь Роном, но пока светить своё новое имя не хочется. Боюсь, из деревни девчонок — или где они там живут — мне придётся тикать. Ну какие Кислёнки? Меня быстро выведут на чистую воду.