Книга Безбесыш. Предземье, страница 120 – Андрей Рымин

Китар падает в снег, прикрывая собой малыша. Ползёт к припорошенным былым корням. Тянет Важа за ворот.

— Вставай! В тебя пару стрел всадить, как за здрасьте!

Голос доносится совершенно не с той стороны, откуда был сделан выстрел.

— Кто ты?

Китар перекатывается за ствол дуба, не выпуская скулящего Важа из рук. Успел отдавить руку ребёнку.

— Не ты. Мы. Нас много.

Это уже другой голос. Из-за дерева в двадцати шагах от нас выступает человек с натянутым луком в руках. И в трех метрах от него ещё один лучник. И ещё два. И с противоположной стороны ещё люди. Тут больше десятка. Китар взят в полукольцо.

— Не дури, парень. Поднимайся. Малого раздавишь.

Ну спасибо! Неужели, он вспомнил про Ло? Я допущен к штурвалу. Тут всё очевидно. Из оружия при нас только копьё и ножи. Драться глупо. Сбежать, бросив Важа? Возможно, хоть и будет непросто. Но такое Китар не оценит. Попробуем поговорить. Вдруг, это вовсе не те, кого жду и боюсь?

— Хорошо! Встаю! — кричу, медленно поднимаясь.

Пару-тройку стрел я приму на шиты из полей, но лучников тут сильно больше. Насчитал уже четырнадцать. И не уверен, что вижу всех. Лес здесь старый — толстых стволов, за которыми так легко прятаться, много.

— Кто вы? Зачем пугаете? Наш дом рядом. Мы местные.

А одежда у всех одинаковая. Плохой знак. Не ватага заблудших охотников.

— Ой ли местные? — ухмыляется усатый верзила. — Врёшь, пацан. Ты, смотрю, горазд врать.

А тем временем цепь из лучников движется. Постепенно сжимают круг.

— Китя? Китя?

Зажимаю рукой Важу рот. Но они и так знают.

— Китар-смерть? Это имя хоть настоящее? Или тоже чужое забрал?

К линии лучников неторопливым шагом подходят несколько вооружённых, в том числе и мечами, мужчин. Хотя нет. Один из них — парень, не старше Китара. Из-под меховой шапки выбиваются светлые, соломенного цвета локоны. Рост, форма лица, разрез глаз…

— А ведь он, и правда, похож на меня, — поворачивается подросток к одному из мужчин.

Дождались… Китар снова наказан за глупость. От судьбы не уйдёшь.

Вот йок! Неужели, это он? И всё сразу же становится на свои места. Как я мог не понять, что он здесь? Фат же — идеальное место для любых беглецов из империи. Сами остров сей выбрали, чтобы спрятаться. Да и Моха что-то там говорил про не умеющих держать язык за зубами выборных. Можно было догадаться. И бес тоже хорош — ничего мне не сказал про опасность. Вот уж встреча так встреча. Липовый Соболевский и подлинный стоят, смотрят друг на друга. Не удивительно, что настоящий Милош возжелал наказать самозванного.

— Ваша Милость, — припадает бес на одно колено с поклоном. — Не велите казнить! Не сам вашим именем назвался. Люди спутали с вами. У вас много врагов.

Стрелы в грудь не летят — уже хорошо. Или плохо? Медленная смерть в муках под пытками в сто крат хуже быстрой.

— Про врагов я и без тебя знаю, — ухмыляется князь Соболевский. — И не только про них. Тебе, парень, повезло, что я в курсе всех твоих подвигов. Ты заинтересовал меня. Другой знатный на моём месте тебя бы сразу повесил. Простолюдин, выдающий себя за благородного… Подобный проступок по имперским законам карается смертью.

И хорошо, что бес правит телом. Я бы точно сходу ляпнул в ответ, что Фат — не империя. Лишь спустя миг дошло, что это бы стало ошибкой.