Книга Бездомыш. Предземье, страница 99 – Андрей Рымин

А Лютен быстр. Без прибавленной к ловкости сотни долей мне бы пришлось тяжело. Бесконечно отпрыгивать и уворачиваться у меня не получится. Пропускаю удар.

Кулак снежника проскользнул мне под локоть и впечатался в рёбра. Землю вырвало из-под ног. Метра три я пролетел по воздуху. Ещё столько же прокатился кубарем. Хорошо, что защитные энерго-поля перемещаются силой мысли мгновенно. Это совсем не то, что поднять руку для блока. Если вовремя заметить удар и правильно определить место, куда он попадёт, согнать в нужную точку поля — не проблема.

Плохо то, что пока их у меня слишком мало, и нормально прикрыть я могу только один незначительного размера участок, уступающий площади соприкосновения тела носителя с кулаком снежника. По окружности места, куда пришёлся удар Лютена мгновенно налился синяк. Но снежнику тоже несладко. Он словно всадил кулак в невидимый камень. От удивления мой противник даже немного запнулся, что позволило мне спокойно вскочить на ноги с переката и увернуться от пары его следующих выпадов.

А улыбки на лице Лютена давно уже нет. Лёгкой прогулки внезапно не получилось. Драться приходится в полную силу. Только я ещё драться по факту не начал — присматриваюсь к сопернику, изучаю его. Ещё немного и тоже стану атаковать. Тактика изначально известна — точные разящие выпады. Цель — глаза. Выдавить, как в случае с Леором, едва ли получится — с этим противником тесный контакт чреват травмами несовместимыми с жизнью — но выколоть-выбить укреплённым всё теми же силовыми полями пальцем попробовать можно.

Но сначала нужно прощупать защиту Лютена. Подседаю под очередной удар и бью сам. Но не кулаком, а костяшкой согнутого среднего пальца, чтобы уменьшить площадь контакта. Так мой тычок причинит ему больше ущерба. Кожу при его крепи я не пробью, но сломать ребро, если удачно попасть вполне можно.

Увы, идеально не вышло — попал между рёбер — но боль причинить получилось. Противник скривился, прижав к боку локоть и смазал свой следующий удар. Повторим.

В ближайшие пять секунд я смог дважды точно так же достать его согнутым пальцем. Переброшенные энерго-поля превращали переднюю часть моего кулака практически в камень. Один тычок в грудь, другой снова в рёбра. При втором попадании даже, кажется, хрустнула кость.

— Йоков выродок!

И в рёве кроме гнева присутствует толика страха. Боль окончательно открыла Лютену глаза. Время бездумных наскоков прошло. Теперь уже он отступает, беря передышку. Но дело здесь не в усталости. Снежнику нужно переосмыслить свою тактику боя. Обмен ударами не дал результата. В голову он мне так пока ни разу и не попал, а те, что пришлись по корпусу и по подставленным в блоке рукам, лишь отбрасывали меня, не причиняя сколько-нибудь значимого урона.

Я же добился своего — заставил противника сосредоточиться на защите корпуса. Пусть считает, что из-за разницы в росте я не стремлюсь атаковать его в голову. Никаких передышек. Налетаю разъярённым мангустом. Только ярости нет, есть спокойствие и чёткий план боя.

И вот очередной укол в рёбра сменяется стремительным выпадом. Пока правый мой кулак заставляет Лютена смещать вниз предплечье для блока, выставленный указательный палец моей левой руки стрелой мчится к лицу врага.

Приём сложный. Шансов, что попаду точно в глаз было мало. Так и вышло. Лютен успел дёрнуться, и затвердевший палец, скользнув по скуле, воткнулся в нос снежника сбоку.