Книга Безродыш. Предземье, страница 99 – Андрей Рымин

Левую руку на стену — и в путь. Оказывается, всего в десятке шагов от первого поворота стоял. Ну-ка, проверим только влево тут ход, или коридоры крест на крест идут? Перебрался на противоположную сторону. Так и есть — строго напротив другой точно такой же проём. Перекрёсток. Возвращаюсь обратно. Пора резать первую дольку.

Сразу за поворотом, так же по левую руку, положил к стенке свой яблочный знак. От угла два вершка — чтобы легко отыскать в другой раз, если снова здесь окажусь. Идём дальше. Через сотню шагов снова дырка в стене. И опять же коридоры крест на крест. Началось. Режу новую дольку — и влево. В голове тоже ставлю отметку. Вдруг получится удержать в памяти карту? Сомневаюсь, но вдруг?

Куда там. На одиннадцатой развилке в голове окончательно всё перепуталось. Вся надежда на яблоки. По ощущениям больше часа брожу. Уже два тупика отыскал. Такие проходы помечаю тремя дольками сразу. Две класть буду, когда второй раз по своим же следам мне придётся идти. А уже понимаю — придётся. Не из маленьких лабиринт.

Ещё час или два, и я сбился со счёта в своих поворотах. Засосало под ложечкой. Так-то с утра я не жравши. Привал. Сел на пол, снял рюкзак. Два куска сала, лепёшка, пол луковицы — и пока всё на этом. На яблоки даже на зарюсь. Водичкой запил — и подъём. Тепло здесь, но стены и пол отчего-то холодные — долго не высидишь. Про то, чтобы лечь, даже думать не хочется. Неужто мне спать здесь придётся?

Вскоре сделал свой первый круг в лабиринте. Каждый раз при повороте ощупываю пол у стены за углом. Как же я той яблочной дольке обрадовался… Это значит, что один кусок я прометил и можно браться за следующий. Пошёл прямо. Везде, где налево нельзя, буду прямо идти. Направо сворачивать стану только тогда, когда других путей не останется. Такерова наука. Вроде как простые моменты, и каждый своим умом дойти может, но с перепугу растеряешься — и считай пропал с беготнёй без правил.

Через несколько часов снова сделал привал. Подустал. Темнота, а бегу. Всё боюсь не успеть. Куда не успеть — я не знаю. Просто ноги сами частить начинают. И не страх вроде гонит, но и спокойствия достичь не могу. Переживаю. Еды, воды маловато. Яблоки быстро заканчиваются. Двое суток я тут протяну без проблем, дальше будет сложнее. Одно утешает — сколько бы я здесь не бродил, снаружи пройдёт один миг.

* * *

Не сдюжил без сна. Под пузо мешок, руки под голову — и глаза вмиг закрылись. Сколько спал — без понятия, но, очнувшись, себя бодрее почувствовал. Перекусил остатками снеди и с новыми силами в путь. Вот теперь до упора брожу — кроме последних двух яблок жрать нечего. Вскоре не стало и тех. Хорошо хоть, что повороты, где моих меток нет, давно не встречаются. Стал те дольки, что уже лежат на полу, просто надвое резать.

Вот теперь по-настоящему страшно. Если выскочу в такой коридор, где ещё не бывал, а там вместо выхода из лабиринта переход в его новую, не обследованную мной часть, то придётся вместо яблок штаны свои резать на лоскутки. Тупиковые повороты с тремя дольками и те, где я дважды уже проходил, всё чаще встречаются.

Вот и всё… Очередной перекрёсток последний. В том смысле, что по каждому из проходов я два раза прошёл. Влево сунулся, прямо. На правом нащупал две дольки… Охнул и на подогнувшихся ногах сполз вдоль стены задом на пол.