Книга Соль и Грезы, страница 55 – Алекс Анжело

Вмиг мы осознали, что ситуация стала ещё серьёзнее. Я кивнула, ощущая внутри непоколебимость.

Я посмотрела в сторону окна, находя в шуме улицы спокойствие. Люций тоже молчал. Но до поры до времени.

— Не хочешь прогуляться? – внезапно предложил он с огнём в глазах.

* * *

Человек в яркой одежде жонглировал у одного из прилавков. Над его головой танцевали повидавшие виды бумажные фонарики. Они выглядели явно красивее флажков, но не производили того же впечатления.

Прилавки с совершенно разнообразным товаром соседствовали друг с другом. За одним столом продавали специи, за другим – недорогую одежду, а ещё дальше стояла женщина с украшениями. И последняя смотрела на меня с широкой улыбкой.

— Молодая госпожа! Подходите, посмотрите. У меня богатый выбор. Все украшения я создала сама, много лет этим занимаюсь, – поймав мой взгляд, стала зазывать она.

Я приблизилась, натягивая капюшон ниже, чтобы лицо оставалось в тени. Меня подкупила искренность её эмоций. Она верила, что её изделия исключительны.

Оглянулась на Люция, который болтал с продавцом ягод – последний хмурился и выглядел утомлённым. В руках он сжимал кулёк из пергамента с яркой и крупной вишней. Мужчина торопился передать его Морану, но тот делал вид, что не замечает, как от него пытаются отделаться.

Я приблизилась к женщине.

— Доброго дня, – отозвалась я, без восторга рассматривая, несмотря на моё к ним отношение, умело сделанные вещицы.

Торговка хотела продолжить разговор, но замолчала, смотря снизу вверх на Люция позади меня. Пусть мы скрывались под плащами, но осанка и манера держаться всё равно выдавали в нас далеко не обычных людей.

— Уважаемый господин, могу ли я вам и вашей спутнице что-то предложить? – женщина жестом руки показала на свой прилавок.

Люций держал в руке кулёк с вишней и благосклонно кивнул, уже вжившись в роль. Его глаза озорно сверкали.

— Покажите нам что-то особенное, существующее в единственном экземпляре, – сказал он, кивая на шпильки для волос – цветы на разный манер с кристаллами вместо сердцевины.

— Ах, есть у меня кое-что! – воскликнула продавщица, отходя назад и копаясь в глубине прилавка.

Сложив на груди руки, я склонила голову в сторону Люция.

— Зачем ты? Всё равно ничего не будем брать, – нахмурившись, прошептала я,

— Тебе совсем ничего не нравится, Сара? – поинтересовался Моран.

— Нет… – покачала головой, обводя всё великолепие украшений перед собой. – Я предпочитаю более практичные вещи.

— Да, очень в твоём духе, – ухмыльнулся див, вручая мне кулёк с вишней и полностью сосредотачиваясь на принесённом товаре.

— Это мои лучшие изделия, – продавщица расстелила на прилавке шёлковый платок и принялась выкладывать на него деревянные коробочки с отодвинутыми в сторону крышечками. Я терпеливо ждала, пока Люций крайне сосредоточенно рассматривал каждую шпильку. Подобная серьёзность в такой мелочи была совершенно ему не свойственна

— Ты кому-то выбираешь подарок? – тихо спросила, наклонившись к нему.

— Да, матери, – шёпотом отозвался Люций. – Она их собирает. Часто не носит, но вроде как коллекционирует.

— М-м-м… – удивлённо выдала я, даже не замечая, как в мгновение ока то, чем мы занимались, стало крайне важным.

Мы замерли над прилавком не менее чем на четверть часа, пока оба не сошлись на шпильке с красноватым сердоликом. Украшение венчала искусно вырезанная морозия. Шпилька не кричала о богатстве, но стоило лишь присмотреться, и становилось понятно, сколько трудов вложено в её создание