Книга Соль и Грезы, страница 125 – Алекс Анжело

Айвен улыбнулась, будто вспомнила что-то забавное.

— Он сотряс весь Дэвлат, будто ураган. О его возвращении говорили все. Моран не рассказывал, что он сделал?

Я потрясённо покачала головой, вдруг понимая, что не знаю даже этого. И почему не спрашивала? Улыбка Айвен стала шире.

— Как это тебе никто не рассказал?! – Айвен наклонилась ближе. Её глаза блестели. – Сначала во дворце короля Акракса случился переворот. Ходило много невероятных слухов, поэтому в них мало кто поверил. Не ставили под сомнение лишь то, что престол занял пропавший младший сын предыдущего короля – Мелхор. Оказалось, что его укрыли теневые, и даже после уничтожения Северного ордена принц не пострадал и получил достойное образование. Но спустя несколько дней небо над Астерией – столицей Исонии – заволокло тьмой. Это оказались тысячи теневых птиц. А Люций, которого считали мёртвым, на крыше королевского дворца объявил о своём возвращении. Всего в одно мгновение он довёл всех до белого каления. В то время в королевском дворце находилось немало даэвов и глав орденов. Может, совет проходил или ещё что – точно не знаю. Но момент оказался подходящим. Представляю, как перепугались те, кто встречал когда-то Морана и сразу узнал его.

Пока я слушала, на губах невольно появилась лёгкая улыбка. В груди растекалось какое-то тёплое чувство. Осознав это, я постаралась вновь сосредоточиться.

— Шутка, конечно, дурная. Но признай, даже смерть не уничтожила страсть Морана к веселью, – тем временем сказала Айвен, и я была с ней согласна.

Вскоре беседа вновь вернулась к предстоящему походу для закрытия портала. И, некоторое время помолчав, Айвен вдруг сказала:

— Как уже сказала, я против того, чтобы возвращать воспоминания разом. Но я могу попытаться спровоцировать новое погружение. Насколько я поняла, сейчас это происходит хаотично, когда какие-то внешние обстоятельства и эмоции подталкивают тебя. Мы можем попытаться это упорядочить.

Предложение подруги вселило надежду и дало твёрдую почву под ногами. Раньше мы слишком сильно зависели от случая, и если существовал хотя бы небольшой шанс придать происходящему подобие плана, я готова была ухватиться за него обеими руками.

— А кто этот див, которого разместили напротив? – в какой-то момент спросила я.

Айвен мгновенно изменилась в лице. Взгляд скользнул мне за спину.

— Мой друг. Я познакомилась с ним на Аркадиане больше десяти лет назад.

— И сейчас он здесь.

— Да. Здесь.

Вслух прямо не было произнесено ничего. Но, казалось, взглядов, которыми мы обменялись, было достаточно.

С ним что-то не так…

Айвен больше ничего не сказала, возможно, скованная другими обещаниями. Я пока не озвучила свои догадки по той же причине. Не хотела тем самым давить на неё и заставлять нарушить слово.

Но я могла бы поставить свою жизнь на то, что Самаэль – тот самый див, который пожертвовал собой, прыгнув на шипы, а после оказался погребён под грудой камней обвалившегося подземелья.

Его тело буквально насадилось на острые пики. И крови вытекло немало.

Кто вообще мог выжить в такой ситуации? Кто-то, точно выходящий за рамки нормального.

Я подумала о нас с Люцием и об Алель.

Когда мы вышли в коридор, то застали весьма странную картину. Дверь в спальню Самаэля была распахнута, поэтому всё происходящее внутри было видно как на ладони. Люций сидел в единственном кресле в комнате, по-хозяйски закинув ногу на ногу, и читал книгу – или только делал вид, что читал. Красноволосый див расположился на кровати и кормил двух воронов неведомо откуда взявшимся сырым мясом.