Книга Легенда о конокраде, страница 91 – Анна Черкасова, Мария Крехова

Очередной камень плюхнулся в воду. Судя по поджатым губам, Ромчик изо всех сил сдерживался, чтобы не сказать гадость. Вот у него точно еще не было бывших. Их «товарищ с лицом дочери эмира» явно принадлежал к той категории мальчишек, у которых другая цель: управлять поездом или кафедрой в МГУ, на худой конец. Опередив Ромчика, заговорила Сауле, хоть избывших в ее послужном списке была только бывшая лучшая подруга.

— Слушай, – Сауле старалась подбирать слова, – ты соскучился, вот и нервничаешь. У нас сейчас не слишком нормальная жизнь. Вместо того чтобы позвать девушку гулять, приходится ждать, пока она вернется с горы, где живут волшебники.

Уголки губ нервно дернулись. Она не могла найти сил для притворства. Даня не ответил на улыбку.

— А что насчет Керима в наше первое утро?

Странная речь Капитана тут же всплыла в памяти. Сауле почти забыла о ней. Казалось, что дни, проведенные в Шири, разделяют целые годы.

— Это тоже не доказательство, – парировал Ромчик. – Капитан просто не хотел, чтоб ты ловил мух вместо работы.

«Может, оно и так, – думала Сауле, – но формулировка была странная. Почему бы просто не сказать „не отвлекайся“ вместо запрета думать про одну конкретную девушку?»

— Я могу пойти в горы сам, – не сдавался Даня.

— А вот это точно плохая идея, – перебил Ромчик. – Тут все повернуты на том, чтобы заслужить свой кусок хлеба. Ивор узнает, как ты вместо работы сбежал бродить по горам в поисках Анар, и задержит дневник у себя еще дольше.

Сауле вспомнила, как близко был их билет домой. К своему стыду, это единственное, что волновало ее по-настоящему.

Честно сказать, за неделю она почти не думала про Анар. В памяти остались мутные образы: девушка стоит на краю обрыва в Муравейнике с распростертыми руками, будто пытается поймать ветер в объятия; складки юбки, танцующие в теплом свечном свете «Лимонной хаты»; влага в складках улыбающихся глаз. Но, может, потому, как переживал обычно жизнерадостный Даня, вместо того чтобы поспорить с Ромчиком, яростно приводящим аргументы против, Сауле все же решила порассуждать вслух:

— Допустим, Капитан тогда за завтраком и правда хотел запретить тебе думать именно про Анар. Но ведь до этого и после больше ничего такого не происходило. Вы с ним хорошо общаетесь, даже отлично. Стал бы Капитан обсуждать с тобой проблемы с дочкой или, скажем, учить тебя сети чинить, если бы замышлял что-то плохое?

Даня нехотя согласился, что не стал бы.

С рыбаками выходила та же ситуация. Их реакцию на упоминание Анар можно было или счесть подозрительной, или списать на усталое ворчание после дня работы на солнцепеке.

Получается… что ничего не получается.

— Но сходить и проверить все равно можно, – скомканно подвела итог Сауле.

— Да! Прямо сегодня и выдвинусь. Если телега, груженная припасами и слугами, уезжает утром, а возвращается раньше полудня, – Даня говорил уверенно – видимо, рассчитал время заранее, – то пешком и налегке вполне можно дойти часа за три. Значит, к ночи доберусь, а вернусь уже по темноте, и никто не заметит. Кериму скажете, что я ушел пить с рыбаками.

Ромчик фыркнул. Не зная дороги, сказал он, можно легко свалиться с обрыва. По словам мальчика, телега, доставлявшая слуг к эмирам, частенько ехала по серпантину, да и дорога была не такой явной: постоянно разделялась, а кое-где и вовсе заросла травой.