Книга Легенда о конокраде, страница 182 – Анна Черкасова, Мария Крехова

«Только бы не застрять, – думала Сауле, – только бы не застрять».

Когда лодка в очередной раз царапнула боком стену, впереди забрезжил свет. Но не голубой, как прежде, а желтый.

— Приготовиться.

Даня пробрался на нос, балансируя капитанской кувалдой. Ему таки нашлось оружие понадежней, палка же досталась Ромчику.

А Сауле – только ее сногсшибательная красота.

Не дожидаясь, пока лодка целиком выплывет из тоннеля, Даня прыгнул вниз. Вода доставала ему до бедер.

— Там неглубоко, – объясняла Ния, склонившись над блокнотом Ромчика. Она по памяти нарисовала карту. – Так что приготовьте лодку заранее, чтобы отплыть.

Святилище оказалось точь-в-точь как Ния описывала. Нерукотворные шершавые колонны, обросшие молочными подтеками кальция, держали высокий свод и превращали огромную пещеру в лабиринт, по которому нельзя пройти, если не знаешь дороги. Тут и там были расставлены свечи, вросшие в камень от долгой службы. Их пламя не дрожало на сквозняке и казалось мертвым. Будто время в святилище Туули навсегда остановилось, когда из него ушел последний жрец.

Ромчик и Сауле повернули лодку в сторону тоннеля. Даже тихий плеск воды, разливаясь по пещере, усиливался многократно. Даня жестом подозвал друзей и ткнул в карту, указывая дальнейший путь. Сауле не успела запомнить его как следует, когда все свечи в пещере одновременно дернулись и погасли.

— Началось, – просипел Ромчик.

— Быстрее!

Не дожидаясь их, Даня по колено в воде рванул вперед, мгновенно исчезнув за одной из колонн. Ромчик щелкнул фонариком и побежал следом, пока Сауле ковыляла позади, зря стараясь догнать их. Вязкая темнота обступила ее, подгоняя вперед. Сауле петляла и кляла чертова Яра, который стащил телефон. За углом кто-то закричал. Сауле ничего не оставалось, кроме как кинуться на звук.

В святилище пахло расплавленным воском недавно потухших свечей. Это первое, что Сауле почувствовала, протискиваясь в узкую щель меж колонн. Запах воска и смерти.

Было тихо. Больше никто не кричал. Ромчик стоял без движения, как еще один сталагмит. Тусклый свет фонарика выхватывал из тьмы дальний угол пещеры.

— Ты убил его?! – Крик Сауле эхом разнесся по пещере.

Ивор лежал наполовину в воде, свесившись с гранитного возвышения, в котором угадывался алтарь. Кувалда была брошена тут же, но следов крови Сауле не увидела.

— Не успел.

За Даню ответил Ромчик. Сам Даня склонился над алтарем, придерживая голову Анар.

Сауле подошла ближе. Когда глаза наконец привыкли к свету, она увидела старую, покрытую венами руку, которая покоилась в складках синей юбки.

— Анар? – позвала Сауле. Даня поднял голову, и тень соскользнула с лица лежащей.

Оно было знакомым и одновременно нет, будто встречаешь приятеля, с которым давно не виделся, в дурном сне. Прежние румяные щеки ввалились, губы расплылись по краям, как бывает у старух, а кожа напоминала смятый в порыве злости лист со стихотворением, который позже тщетно пытались распрямить. Не было даже следов той кошмарной пытки, которой она подвергалась в доме Ивора, хотя казалось, она должна была дать Анар невероятный запас здоровья. Слагательница будто состарилась лет на сорок за две недели.

«Не за две недели, – промелькнула страшная догадка, – это все ритуал».

— Привет, – отозвалась Анар. Сауле вздрогнула. Ее голос был таким же звонким, как в их последнюю встречу на пляже.