Книга Легенда о конокраде, страница 120 – Анна Черкасова, Мария Крехова

Текста было совсем немного, надписи обрывались на середине листа.

— Спасибо. – Сауле не сумела скрыть разочарования.

Ивор опять расхохотался. Смех его больше напоминал кашель.

— И что, не прочтешь? Ты ведь рвалась работать ради него.

Сауле покачала головой. Подтверждая свои слова, она сложила и спрятала лист за пояс.

— Я хочу побыть одна.

— Конечно, – понимающе сказал Ивор. – Теперь ты веришь, что я держу свое слово?

— Да. Жаль, мудрости Сеятеля на этом листе так мало. Но я готова работать ради остального дневника. – Она с вызовом посмотрела Ивору в глаза, и в них явно читалось удовлетворение. Словно он устроил Сауле какую-то подлую проверку, и она ее, к сожалению, прошла.

Ивор тут же потерял к ней всяческий интерес. Он завалился на свою лежанку и уснул, совершенно не боясь, что Сауле может украсть что-нибудь или напасть. Было ли это доказательством того, что он не воспринимал ее всерьез? Пожалуй. Только сейчас Сауле было все равно. Добытая страница жгла кожу даже через плотную ткань шаровар.

Из дневника Самозванца

Я не спал всю ночь, и, честно сказать, мне давно не было так тяжело. Со времен средней школы, когда я ненавидел себя каждую секунду своей жизни. Я думал снова взяться сегодня за нож – в доме Капитана, в котором мы всё же ночуем, их полно. Но только я представил себе, как делаюэто, чуть не умер от стыда. Поэтому я вышел на улицу. Я пообещал себе, что буду стараться не писать много о Сауле и Даниле, чтобы не начать жаловаться. А еще… В конце концов, мы никем друг другу не приходимся, чтобы я посвящал им страницы.

Едва пережил ночь. На меня иногда нападает такое: с вечера я начинаю думать о всяком, а потом не могу уснуть из-за мыслей. Психотерапевт, к которому я ходил раз пять тайком от бабушки, говорил, что это такая особенность у умных людей. Что они часто склонны к тревожности и паранойе. Из-за развитой фантазии они продумывают точные, но маловероятные сценарии будущих событий. И вместо того чтобы направить свои способности на полезное дело, они целыми днями изводят себя тем, что никогда не произойдет. Тогда мне казалось, что врач ошибается, называя мои прогнозы маловероятными. Но сейчас я ужаснулся тому, что на размышления у меня ушлацелая ночь.

Пока ехал до эмирских пещер, у меня появился план. Надо сказать, я думал об этом еще неделю назад, однако тогда мною двигала другая цель. Тогда я хотел дойти до деревни слагателей, чтобы еще раз взглянуть на слог (самое прекрасное, что есть в Шири на данный момент), но передумал. Боялся, что из-за моей отлучки у нас появятся проблемы с дневником. Но тогда у меня еще не было союзника в виде Ровены. С ней у меня получится дойти до слагателей и наконец узнать, где держат Анар.

Все это я затеял не ради того, чтобы успокоить Данила или загладить перед ним свою вину. Мне нужна уверенность в том, что этот план не уничтожит всех нас, лишь только мы начнем действовать. Хоть малейший шанс на спасение – и я поддержу Сауле и Данила. Я же не такой эгоист. Надеюсь, после вчерашнего они захотят меня слушать и не станут раньше времени совать головы в петлю.

Несмотря ни на что, мне будет очень жаль.

* * *

С Ровеной договориться было легко: я попросил лишь быть моим доверенным лицом, чтобы хоть кто-то мог подтвердить, что мне действительно нездоровится (почти правда), а не что я самовольно ушел со смены. Переживаю, что этим я снова настрою Мири, Генту и Тэйну против нее. После банного дня благодаря Сауле я понял, откуда они вообще взяли эту ревность. Все женщины острова втайне грызут друг другу глотки за право лечь с Ивором (фу-у), поэтому и младшее поколение заранее перенимает эту модель поведения. Постарался обезопасить себя тем, что с утра принес каждой по рутовой лепешке (Ровене я передал тоже, но тайком).